Александр Мечников вновь оказывается в центре событий разрушающегося советского государства. Живущий третью жизнь герой владеет опасными навыками, которые могут стать решающими в борьбе за выживание. В мире техномагии и политических интриг ему предстоит выбрать между спасением и...
И естественно появление человека с таким «иконостасом» на груди, не могло не вызвать лёгкого шторма среди гуляющей публики. И хотя всеобщее внимание ощущалось Александром как фоновый утомительный шум, он всё равно отдыхал, просто гуляя по дорожкам парка.
В этой реальности Патриаршие Пруды, никто не переименовывал в Пионерские, и занимали они площадь куда большую, образовывая один из самых больших парков в столице. Здесь, кроме всего прочего, был расположен Летний Театр, носивший название Трёхпрудного, спортивная площадка, и танцевальная веранда, где сейчас крутились пары.
В СССР потихоньку появлялись танцы других народов, например, танго, самба и румба, и молодёжь лихо отплясывала под зажигательные ритмы. Люди в возрасте хмурились, глядя на взлетающие выше колен юбки, но в своё время сам Горький написал отличную статью «Зеркало времени», где призвал старшее поколение вспомнить как они сами чудили в молодом возрасте, и идеологическая машина СССР уже готовая растереть «иностранщину» в порошок, запнулась, остановилась, вдруг подпрыгнула и ловко переобувшись в воздухе, разразилась серией статей про спортивный аспект танцев и роли капоэйры в освободительном движении негров.
Так что ревнители морали, лишь картинно насупливали брови, завидуя молодости и красоте на расстоянии.
А вот североамериканские танцы вместе с рок-н-роллом не прижились, а то что как-то просочились, были напрочь забыты после устроенной американцами пандемии.
В парке свободно продавали спиртное, и народ, желавший досуга с алкоголем, степенно выпивал за столиками кафе, ресторанов, и совсем маленьких рюмочных, где кроме двух-трёх сортов водки, вина и пива, да наскоро нарезанных бутербродов в меню ничего не было."
"За порядком следили милиционеры в белой форме и фуражках, которые заменили парусиновые шлемы, и дружинники, которых было больше чем милиционеров. Народная дружина в этом СССР была реальной боевой силой. Преобразовавшись из Рабочей Гвардии в Народную Гвардию в сороковом году, после войны сменила название на Народную Дружину. Дружинники, проходили обучение по основам юридической грамотности, получали физическую и стрелковую подготовку, и даже имели на территории райотделов свои оружейные комнаты, что позволяло милиции мгновенно вывести на улицы не только штатный состав органов внутренних дел, но и пятьдесят тысяч человек, только в одной Москве.
Единой формы у дружинников не было, но была некая внутренняя мода.
