В мире, который ожил после беспрецедентного бума болезни, процветание настолько ярко выделяется на фоне затихающих теней эпидемии. Америка, пострадавшая наиболее извилистыми узами Чёрной Чумы, оставила за собой разорённые города и исчезающее население — большинство бежало в подземные склады, где они делили последние ресурсы. Однако в каждой сгнившей квартире укрылись новые преступники, готовые воспользоваться беспорядком....
– Я знаю, что ты не любишь горячий чай. – Воскресенская кивнула.
– У нас провал по кадрам при переходе от местного уровня до областного и от областного до союзного. Очень немногие способны преодолеть этот барьер. Там, на местном уровне нужны договорённости и баланс интересов, а наверху, очень часто уже не до баланса, а нужно уметь делать нечто противоположное – а именно ссориться с людьми так, чтобы они злились, скрипели зубами, но делали дело. И вот тут, у нас, ну не катастрофа, а пока просто большая проблема.
– А сам-то справишься? – Зоя Ивановна улыбнулась, довольно многозначительной улыбкой.
– Да вы видно шутите, товарищ полковник? – Александр усмехнулся. – Вы реально полагаете, что вид девичьих прелестей, пусть даже обнажённых способен как-то повлиять на мою голову? Пробовали ведь уже. И Надя Крупская, и Инесса Арманд, и другие.
– А какое у тебя дело? – Вкрадчиво спросила Зоя Ивановна, ставя пустую чашку на стол.
– Да всё то же. – Мечников усмехнулся. – Старики сыты, хорошо одеты и в тепле, дети сыты, одеты и в безопасности, женщины и мужчины хорошо выглядят, у них свой дом, и планы на завтра и уверенность в будущем для детей и внуков.
– Это хорошо, что ты сам пришёл. – Воскресенская кивнула и улыбнулась. – мы конечно тебе поможем. Девочки вон, как услышали, что сам Мечников едет, только что из трусиков не выпрыгивали. Но ты учти, что прессовать они тебя будут жёстко.
