В мире, который ожил после беспрецедентного бума болезни, процветание настолько ярко выделяется на фоне затихающих теней эпидемии. Америка, пострадавшая наиболее извилистыми узами Чёрной Чумы, оставила за собой разорённые города и исчезающее население — большинство бежало в подземные склады, где они делили последние ресурсы. Однако в каждой сгнившей квартире укрылись новые преступники, готовые воспользоваться беспорядком....
А тут, юнец в 22 года… Да, с регалиями и как ни странно с положением в обществе… Но при наличии в стране людей чей опыт руководства приближался к девяноста-ста годам, это было довольно необычно. Но зато очень сильно мотивировало когорту молодых инженеров и техников, которые на конкретном примере видели, что руководство – это не замшелые старики, а местами очень даже молодёжь.
А сам Александр старался продвигать людей не в зависимости от возраста а исключительно от личных качеств. В обществе, где можно было прожить сто пятьдесят лет, не было необходимости в ускоренном продвижении молодёжи.
К счастью в Минточмаше была не просто кадровая служба, а полноценное управление кадров, где работал заслуженный чекист Наум Исаакович Эйтингон, прекрасно разбиравшийся в людях. Его тоже предложил Берия, и Путник знавший Наума Эйтингтона в одной из прошлых жизней, конечно же согласился.
Пока не сделали новую мебель и элементы оформления, Александр работал в кабинете министра, едва мирясь с запахом.
– Александр Леонидович, к вам товарищ адмирал Кузнецов.
– Да, Виктория Семёновна, конечно просите. – Александр отпустил клавишу селектора и пошёл к дверям чтобы встретить прославленного флотоводца в соответствии с его рангом.
– Николай Герасимович. – Александр рукой показал на кресла, стоявшие чуть в стороне от рабочего стола, стоявшего словно утёс.
– Так мы с тобой уже можно сказать в одних званиях. – Жизнерадостный адмирал громко и раскатисто рассмеялся. – Ну и как тебе на мостике такого корабля?
– Так ведь корабль этот я и создал, товарищ адмирал. По винтику практически. Нет на Точмаше уголка куда бы я не залез.
– Вот за это и ценим.
