Автор
В Командоре войны, где леденцы судеб непредсказуемы, каждому Великому Дому доверены книги запрещенных заклинаний. Память о них должна быть стерта навеки, а знания хранятся в особой книге, скрепленной печатями всех Великих Домов.
— А что мы знаем о нем?
Наемник задумчиво повертел в руках блестящий столовый нож.
— Достаточно, чтобы впасть в отчаяние.
— Плохие новости? — Артем насторожился. В отличие от него Кортес давно работал в Тайном Городе, по праву считался самым лучшим наемником, и если он сказал «отчаяние»… — Ты узнал, кто такой Богдан?
— У меня есть подозрения, кто может скрываться под этим именем, — поправил его Кортес. — Как ты помнишь, у нас было только имя, возможно, ненастоящее, и описание, но он мог наводить морок.
— И что у тебя за подозрения?
— Богдан ле Ста, рыцарь командор войны, ближайший друг Франца де Гира, капитана гвардии великого магистра.
Артем тяжело вздохнул — справиться с иерархом такого ранга наемникам было не по зубам, и Ольга…
— Что будем делать?
— Ты все еще хочешь продолжать?
— Я обещал Ольге помощь.
Кортес помолчал, его холодные карие глаза слегка затуманились — он явно обдумывал полученную информацию.
— Есть один вариант — обратиться за помощью к Сантьяге.
— А почему он должен нам помогать? — пожал плечами Артем.
— А почему мы должны помогать твоей Ольге? — ответил Кортес, рассеянно перебирая бумаги, которые Яна разложила на столе.
— Во всяком случае, Сантьяга что-нибудь посоветует, — утешительным тоном заявила девушка Артему. — Без его помощи мы не справимся. Командор войны наступит на нас и даже не заметит.
Это было правдой."
"— А когда мы можем встретиться с Сантьягой?
— Через пять минут. Он звонил, сказал, что для нас есть работа.
— Да, это единственный прижизненный портрет фаты Мары.
— Редкостное совпадение, клянусь зубами Спящего! — Кортес достал из барсетки элегантный футляр и распахнул его. На темно-синем бархате сверкнула потрясающая, причудливо изогнутая диадема, украшенная выводком крупных изумрудов.
— Какое чудо, Кортес! — Яна восхищенно посмотрела на драгоценность. — Что это?
— Подарок.
— Мы же договорились!
— Извини, Яна, но тут серьезное дело. — Наемник кивнул на портрет фаты Мары. Голова колдуньи была увенчана именно этой диадемой. — Ты не знаешь, после смерти колдуньи пропал только браслет или все ее украшения?
— Об этом нигде не говорилось.
— А какая разница? — поинтересовался Артем. Глаза Кортеса загорелись:
— Предположим, что после смерти фаты Мары кто-то ухитрился прибрать к рукам все ее драгоценности.
