Автор
В Командоре войны, где леденцы судеб непредсказуемы, каждому Великому Дому доверены книги запрещенных заклинаний. Память о них должна быть стерта навеки, а знания хранятся в особой книге, скрепленной печатями всех Великих Домов.
— Спасибо Артему, — вздохнула Ольга. — Он меня спас.
При упоминании молодого человека Галя слегка поморщилась:
— Не люблю полицейских.
— Ты была с ним груба. Это нехорошо.
— Может быть.
— Он славный, — Ольга улыбнулась, — добрый…
— Уж не влюбилась ли ты в него?
— Может быть.
— Ну ты даешь! — Галя удивленно посмотрела на подругу. — А как же твой Богдан?
— Не знаю…
— Подожди. — До Гали наконец-то дошло. — Артем был у тебя всю ночь?
— Да. Он привез меня домой из парка.
— И вы…
Ольга улыбнулась и кивнула.
— Так получилось.
Несколько секунд Галя обдумывала это заявление, затем улыбнулась.
— Теперь понятно, почему тебе не понравилось, как я себя вела с ним.
— Да, перестань, дело не в этом. — Ольга встала, посмотрела на часы — Артем отсутствовал уже почти три часа — и подошла к плите. — Выпьем еще кофе?
* * *Книжный магазин Генбека Хамзи.
Москва, улица Арбат,
16 сентября, суббота, 13.47
Жребий брошен. Мосты сожжены. Рубикон перейден. И несмотря на то что каждый шаг давался Ларисе все труднее и труднее, она упрямо шла, приближаясь к своей цели.
Лариса давно облюбовала маленькую книжную лавку на Старом Арбате. Здесь был самый лучший в Москве выбор книг по магии и колдовству, богатейшая коллекция: «Колдуны и ведьмы» Брендона Лейана, и «Третий глаз» Лобсанга Рампы, и «Книга духов» Аллана Кардека, Алистер Кроули и Карлос Кастанеда, «Молот ведьм» и… и новомодная галиматья с претензией на «подлинность» источников. Но на самом деле коллекция была гораздо обширнее, и основную ценность в ней представляли настоящие, старинные работы, не опошленные бездарными и неумными «комментариями».
