Автор
В Командоре войны, где леденцы судеб непредсказуемы, каждому Великому Дому доверены книги запрещенных заклинаний. Память о них должна быть стерта навеки, а знания хранятся в особой книге, скрепленной печатями всех Великих Домов.
— Кортес вытащил из кармана перстень гвардейца. — Я снял его с руки Богдана.
— Спасибо. — Нав взял кольцо и уже собирался опустить его в карман, но наемник покачал головой. — Что-то интересное?
— Имя.
Сантьяга внимательно посмотрел на внутреннюю сторону перстня, кивнул и опустил его в карман.
— Вы, как всегда, внимательны, Кортес. — Нав помолчал. — Где Тапира?
— Она покинула Престол еще до гибели Богдана. Мы не стали ей мешать.
— И правильно сделали.
Последние пятнадцать минут ожидания Корнилов и Шустов молчали.
В тишине, царящей в салоне «девятки», звонок мобильного прозвучал настоящей иерихонской трубой:
— Майор Корнилов?
— Да.
— Мы подготовили жертвенный камень на небольшой полянке чуть ниже трамплина.
— Что там будет?
— Как мы и договаривались. Тело убийцы и отрубленные им руки.
— Мы едем.
— Что же там все-таки произошло? — поинтересовался Вовчик, пристраиваясь у ограждения рядом с Кузьмой.
— Черт его знает, — буркнул Глеб, глядя на валящий с трамплина густой столб черного дыма. — Может, теракт?
Взрыв, прогремевший на трамплине, привлек внимание всех, кто находился на смотровой площадке.
"— Колян хотел забраться туда, посмотреть, — сообщил Вовчик, — а там закрыто. Замок висит.
— Так ведь не сезон, — проворчал Кузьма, — да и чего лезть? Вдруг еще шарахнет?
— Во-во, лучше подождем полицию.
Кузьма покачал головой:
— Поеду-ка я лучше домой, а то полицейские запишут в свидетели, до утра не отпустят.
Он повернулся спиной к трамплину и не спеша направился к своему лотку.
Ну вот и все.
Огонь в жаровне погас, вода перестала кипеть, и создаваемая паром картина рассеялась. Кара довольно откинулась на спинку кресла и подняла бокал божоле.
— Прощай, Богдан! И… прощай, Сантьяга!
Она сделала маленький глоток вина.
Комиссара Темного Двора ведьма опасалась больше всех в Тайном Городе.
