Автор
В Командоре войны, где леденцы судеб непредсказуемы, каждому Великому Дому доверены книги запрещенных заклинаний. Память о них должна быть стерта навеки, а знания хранятся в особой книге, скрепленной печатями всех Великих Домов.
— Значит, за это время что-то произошло, — тихо сказала Яна.
— А что произойдет, когда загорятся все жемчужины? — ни к кому не обращаясь, поинтересовался молодой наемник. Кортес и Яна молчали. — Выходит, опасность все-таки есть?
— Посмотрим.
* * *Московское полицейское управление.
Москва, улица Петровка,
16 сентября, суббота, 08.04
Самые важные совещания начальник Московского полицейского управления генерал Шведов проводил утром, пока не захватывала рутинная текучка. Корнилов прекрасно знал об этой привычке своего шефа, поэтому с пониманием отнесся к позднему звонку на мобильный с приглашением на ковер к восьми утра.
Начальник управления и майор расположились в мягких креслах в маленькой комнате отдыха, рядом с кабинетом генерала, подождали, пока секретарь расставит на журнальном столике чашечки с кофе, и только после того, как дверь за ним закрылась, Шведов внимательно посмотрел на Корнилова:
— Если хочешь — можешь курить.
Это был сильный ход — генерал не терпел табачного дыма, и никто, включая даже самых высоких гостей, не смел доставать сигареты в его кабинете.
— Спасибо, Аркадий Львович, я потерплю.
Курить майору хотелось ужасно, но он решил не нарушать принятые правила игры.
— Ну как хочешь. — Шведов глотнул кофе, обжегся, тихонько выругался и поставил чашку обратно на стол. — Как у тебя с Чемберленом?
— Подбираемся. Появилась возможность зацепить Нытика.
— Да ну? — изумился генерал. — На чем? Он же осторожнее лисы!
— На вымогательстве.
— Молодцы, молодцы. — Шведов потер лоб. — Ты хочешь его взять или разыграть против Чемберлена?
— Еще не решил. — Майор не спеша положил в чашку два кусочка сахара, подумал и добавил к ним еще один — он не успел позавтракать. — Сначала посмотрю, что у нас на него будет, а там разберемся. Скорее всего постараюсь сыграть его против Чемберлена.
— Разумно."
"Шведов наконец-то решился. Он откинулся на спинку кресла, скрестил на груди руки и, пристально посмотрев в глаза майору, выпалил:
— У меня есть дело для тебя, Андрей.
— Насчет «солнцевских»?
Генерал поморщился:
— Нет, не насчет «солнцевских». Ты, похоже, знаешь, о чем я хочу тебя попросить.
Корнилов кивнул:
— Догадываюсь.
— Поверь, Андрей, мне тяжело нарушать слово, — негромко произнес Шведов, — но обстоятельства сильнее меня.
Корнилов молчал.
— У меня семь убийств за трое суток. Не сегодня-завтра о них пронюхают газетчики, и в городе начнется паника.
