Жанр
В царской России, где каждое слово имеет значение, старый князь Меншиков осторожно ведет переговоры о последних контрактах для сохранения власти. Его верный сподвижник Петр Алексеевич держится на одном дыхании, боясь промахнуться. Александр Данилович же смотрит на все происходящее через призму грядущего конца, будучи неуверенным в том, что сделает правильный выбор....
Щиток и отлетел в крайнее положение, где защелкой и зафиксировался. Так что тоже было видно — насколько ловко всадники умеют править пикой на всем скаку. Упражнение то выполнялось карьером.
Справлялись не все.
Впрочем, в целом эффективность таких атак выглядела достаточно интересной. Особенно впечатлила высокую комиссию лобовая атака на пехотный строй, показанная в самом начале.
— Семь секунд, — покачал головой царь.
— А лошадей хорошим дадим — шесть или даже пять будет. — добавил Алексей. — Что будет с пехотной линией, на которую так налетят уланы, полагаю, и так понятно.
— Да, — покивал головой Голицын. — Впечатляет.
— Отчего же тогда ляхи и литвины терпели поражения? — спросил Шереметьев.
— Проиграть можно и имея отличную армию. Сложно и умеючи? — усмехнулся царевич, которого уже порядком достало работать магнитофоном, повторяющим раз за разом одни и те же доводы.
Подъехал разгоряченный Меншиков.
Отсалютовал своей шпагой.
— Молодец! Молодец! — добродушно крикнул ему Петр. — Хвалю. Порадовал!
Полк за его спиной спешился по маху руки. И лошади, в целом, стояли тяжело дыши. Особенно степные. На тех вообще было жалко смотреть. И Алексею был почти уверен — какая-то часть после этой демонстрации уйдет в отбраковку или даже издохнет, будучи загнанной.
Новый взмах руки.
И всадники медленно повели лошадей. Давая им отдышаться. Ведь после долго и напряженной скачке просто останавливаться — опасно.
Пики бойцы оставили на мишенях, поэтому сейчас они им не мешали. Эти мишени, кстати, атаковали сначала пиками, а потом саблями. Но не маховыми ударами, а удерживая их для укола. Понятно, для сабельной атаки такой прием малоэффективен из-за изогнутого клинка. Но Алексей готовился их перевооружить легкими палашами. К чему и готовил… И если клинковое оружие оставалось в руках после атаки, хоть и частью повисало на темляке, вырываясь из рук, то пики в таком случае на сшибке оказывались одноразовыми…
На краю Ходынского поля толпились зрители.
Кто-то так стоял.
Кто-то на санях или даже на крыше возков.
Кто-то верхом.
У некоторых имелись в руках зрительные трубы. В первую очередь, конечно, у иностранцев из Немецкой слободы, которые очень внимательно изучали маневры. Особенно иноземные офицеры, каковые в Москве присутствовали в изрядном количестве.
