Жанр
В царской России, где каждое слово имеет значение, старый князь Меншиков осторожно ведет переговоры о последних контрактах для сохранения власти. Его верный сподвижник Петр Алексеевич держится на одном дыхании, боясь промахнуться. Александр Данилович же смотрит на все происходящее через призму грядущего конца, будучи неуверенным в том, что сделает правильный выбор....
И дальше царевич принялся рассказывать о своих измышлениях. Например, о том, что опыты с этой машинкой позволяют предположить принцип построения надежного громоотвода. Дабы защитить высокие здания, в особенности всякого рода шпили и купола от поражения молниями.
— Удивительно! — произнес посланник Англии, который был без шуток впечатлен и потрясен.
Он этим выражал общее впечатление.
Царевич их еще немного погрузил своими измышлениями, начав пересказывать школьную программу далекого будущего. Не вникая в детали и немного оформляя словесным декором.
— Повторите пожалуйста, я записываю.
И это было не удивительно. Потому как исторически до появления электрофорной машинки было почти двести лет. И на 1700 год понимания природы электричество практически отсутствовало. А уж о том, чтобы создавать искусственные молнии и речи не шло.
Алексей тоже в этом деле был не специалист. Просто что-то вспомнил, где-то аукнулось его образование и понимание физических процессов. Вот и результат. Понятно — с далеко идущими планами. Но озвучивать их он не собирался. Во всяком случае — пока.
— Твой сын, государь, растет настоящим ученым мужем, — заметил с нескрываемым почтением английский посланник.
— Учась во многом у Исаака Ньютона, — ответил ему Алексей, обозначив поклон. — Можно считать, что я его заочный ученик.
Посланник улыбнулся, глядя в глаза наследнику.
— Я передам Исааку твои слова. Полагаю, ему будет приятно.
На этом визит завершился."
"Делегация вышла на свежий воздух. А Петр с Меншиковым немного задержались у Алексея.
— Ты ведь специально льстил англичанину про Ньютона?
— Про него несложно льстить, — ответил Алексей. — Но да, делал я это специально. Думаю, королю Вильгельму будет приятно узнать, что твой наследник англоман.
— А это так?
— Я, отец, люблю только Россию. — усмехнулся Алексей. — Но, мыслю, для нужд державы, было бы недурно, чтобы те же англичане полагали меня своим верным поклонником. Надо бы что-то подобно провернуть и с Францией да Австрией. Пусть вьются вокруг. А мы с этого попробуем какую выгоду для державы выудить. Вдруг получится?
— Ты для них тоже что-то изобретешь, сославшись на ученичество заочное у кого-то? — поинтересовался Меншиков.
— Да.
