Александру Баринову удалось отразить атаку албанской банды, но это только начало войны. Успешный бизнесмен и боец теневого фронта вынужден продолжать борьбу за спокойное существование на переселенческой земле. Впереди его ждут новые испытания и опасности.
С аэродрома мы рванули к депозитарию со всей доступной осторожностью, где я убрал деньги в сейф и сразу же, едва выйдя на улицу, набрал номер Брайли.
– У меня все готово, вся сумма в депозитарии.
– Хорошо. Нам нужно… – я услышал, как зашуршала бумага, – нам нужно порядка двух часов, чтобы все подготовить. Приедет Ноа, он все сделает. Сумма какая?
– Двести, как и уговаривались.
– Хорошо. Быстрей не получится, к сожалению, Ноа отъехал, а у меня встреча с клиентами через десять минут, прошу прощения.
– Все нормально, мы же не договаривались заранее на конкретное время.
Славу внутрь все равно не пустят, так что оставлю его в машине, пусть смотрит, на чем и с кем подъедут, может, даже снимет. Ну а пока где-нибудь подождем, заодно еще и проедемся мимо их офиса, оглядимся.
Офис размещался в старом по местным меркам кирпичном здании на Рио-Гранде-Драйв, трехэтажном, похожем на те, которыми начинал застраиваться и Порто-Франко. Редакция Майка в подобном разместилась. Вывеска «Брайля и Аккермана» там имеется, надраенная бронзовая табличка, и занимают они, как я понял, половину второго этажа. Ну, судя по расположению табличек у подъезда.
Ближе к делу мы подъехали к депозитарию, Слава высадил меня за углом, откуда я просто пешком, с сумкой на плече, пошел к подъезду, а сам встал не на банковской стоянке, а чуть поодаль. Приехали немного заранее, я успел спуститься в само хранилище и снова подняться на улицу, где и подождал Аккермана."
"Тот подъехал минут через десять, на серебристом «Гелендвагене», даже вполне новом с виду. Вот готов что угодно поставить на то, что наблюдающий Слава наверняка уже его себе захотел и планирует возможность отжима. Если спросить, то может даже и сознаться, а если не сознается, то все равно не поверю. Я его достаточно хорошо изучил.
– Добрый день, – протянул я руку. – У меня все готово.
– Насколько проще было бы сделать это в офисе, – вздохнул тот.
Деньги он привез в какой-то матерчатой магазинной сумке и укрыл их сверху газетой.
– В следующий раз так и сделаем, я думаю, а для первой попытки у меня всегда особые правила. Период установления доверительных отношений, так это назовем. Прошу, – я пропустил его в подъезд первым.
Внизу, в кабинках, все нужное было – и машинки для счета и одновременной проверки, и приватность. Аккерман пересчитал мои, получив в итоге ровно двести тысяч, затем передал мне обратно сто восемьдесят, которые уже пересчитал я, все точно.
– Хорхе платите вы, так что вот моя доля в его комиссионных.
