В этом дешевом квартале на Восточном бульваре, где жизнь напоминает сплошное будничное действо, я чувствую себя как в сказке. Сижу за столом и наблюдаю за прохожими — это мелодичный шум современной жизни, но от него я жажду удивительного: чтобы завтра вышло судебное решение, которое меня перевернет всё изнутри, и я смогу убежать прочь, забрав с собой только воспоминания. Вот так вот — счастливый из самых несчастных....
Ему тоже не так долго осталось. За себя не беспокойся, я думаю. Еще чуть-чуть, и живи спокойно.
– Кстати, вопрос из чистого любопытства: а остальные деньги у Мёрфи… они где?
– Уже забрали все. Между прочим, семь с лишним миллионов он набрал. Неплохо, а? Те, что на обмен, уже из них, из конфиската.
– Вот, а ты говорил, что так не делается. Делается. Нормально все.
Демпси ничего не ответил, лишь кивнул на кресло, садись, мол. Я сел, чего не сесть.
– Ключ от машины, на своей не светись. – Он протянул ключ с фордовским логотипом.
– А «Тойота» его на аукцион пошла? – спросил я невинно.
– Да. Но это в Портсмуте будет, а что?
– Да так, – пожал я плечами неопределенно.
– Когда Михалыча твоего с остальными возьмем, много машин на местный аукцион пойдет. – Он посмотрел на меня с усмешкой. – Дату и место могу подсказать. Там, правда, только для дилеров.
– А в виде исключения? – уточнил я еще более невинным тоном.
– Договоримся. Светлана договорится, если точнее.
– Кстати, а с «куклой» прилетать вот так в Нью-Рино не опасно? – озаботился я. – Что-то слишком много информации расходится, не хлопнут меня там прямо на выходе с аэродрома?
– На этот раз ты с охраной, встретят. Там людей Ярцева хватает сейчас. Все процедуры будут соблюдены. И они же будут знать, что обратно ты пустой полетишь, нет смысла никого наводить.
– Ну… хорошо, – кивнул я.
«Экспедишн» показался неожиданно роскошным, все же я тут на куда более спартанской машине езжу, даром что они ничуть не дешевле этого большого «американца».
Проехал до Променада кружным путем, там подкатил к «Ше Мишель» – самому модному и дорогому ресторану в Порто-Франко, в который как раз любили зайти заезжие богатые арабы.
С утра предлагались свежие круассаны, так что я попросил корзиночку таковых к кофе, присев за столик у окна. Попутно отметил, что серенький «Транспортер» остановился поодаль. Наблюдают. Выпечку принесли быстро, равно как и кофе.
