В этом дешевом квартале на Восточном бульваре, где жизнь напоминает сплошное будничное действо, я чувствую себя как в сказке. Сижу за столом и наблюдаю за прохожими — это мелодичный шум современной жизни, но от него я жажду удивительного: чтобы завтра вышло судебное решение, которое меня перевернет всё изнутри, и я смогу убежать прочь, забрав с собой только воспоминания. Вот так вот — счастливый из самых несчастных....
Странное ощущение, когда убираешь на полку с ручной кладью еще и оружие. А оно тут у всех есть, как я посмотрю, даже у сидящей перед нами парочки два чехла с чем-то. Ну а что удивительного? Самолеты тут летают вроде и надежные, приспособленные к самым тяжелым условиям, какие даже и не падают запросто, а могут сесть чуть ли не в любом месте, но вот если сесть и вправду придется, то дальше возникнет главная забота – не оказаться съеденным.
Второй пилот раздал в салоне по бутылке минеральной каждому, после чего дверь закрылась, а первый начал запускать двигатели от внешнего пускача, или как там его правильно называть.
– Ну что, первое путешествие вместе? – спросил я тихо.
– Я купальники забыла.
– Там купим.
– Найди лучше место, где они не нужны. И держи меня за руку, я взлетов и посадок боюсь.
Вскоре самолет разогнался по полосе и оторвался от земли. Пошли вниз строения аэропорта, слегка холмистая саванна вокруг, затем машина чуть накренилась и легла на другой курс, продолжая набор высоты.
Первое время мы смотрели в иллюминатор, разглядывая пейзажи и местную фауну, в пейзажах пасущуюся, но затем однообразие немного утомило, и Анита первая потащила из сумки планшет, включив игру в лопающиеся шарики. Ну и я решил не отставать, открыв в своем книгу.
Самолет летел более или менее ровно, лишь в одном месте попал в целую череду воздушных ям, отчего кто-то впереди вынужден был воспользоваться гигиеническим пакетом. По целой упаковке таких торчало из кармана на спинке каждого из кресел."
"К счастью, кресла оказались достаточно удобными, хоть и узковаты, так что во время полета ничего себе не отсидел, а во второй половине его и задремал с какими-то приятными снами и проснулся только при снижении, от выросшего давления.
