«Похоже на признание, хотя почему бы человеку и не заниматься какими-то своими делами? Он не рассказал ничего нового. Мы играем в одну игру и, хочется верить, на одной стороне. Его занятия, кажущиеся приятным времяпрепровождением, на самом деле часть чего-то большего. Это важно для него, и ему необходима страховка. Страховка от всего, да только не от обвинения в убийстве».
Можно поговорить и с Маркусом Дюпейном, но Дэлглиш не сомневался, что объяснение будет прежним: местный житель знал о бесплатной парковке и на несколько часов ею воспользовался. Вполне разумно. И все же детективу не давал покоя один момент: узнав о двух загадочных посетителях, и Кэролайн Дюпейн, и Джеймс Калдер-Хейл больше интересовались загадочным молодым человеком, нежели водителем в маске. Почему? Любопытно.
Адам не сбрасывал Калдер-Хейла со счетов. Тем более что тем вечером Бентон-Смит замерил время, необходимое для мотоциклетной поездки от Мерилбона до Дюпейна. Его вторая попытка оказалась удачнее первой: он выиграл четыре минуты. Бентон-Смит уточнил:
— Мне повезло со светофорами. Покажи Калдер-Хейл мой лучший результат, на убийство у него осталось бы три с половиной минуты. Он мог его совершить, хотя лишь при таком везении.
— С другой стороны, он мог решить, что игра стоит свеч, — сказал Пирс. — Запись к дантисту обеспечивала хоть какое-то алиби. Если хранитель был заинтересован в сохранении музея, времени на раздумья у него было немного. Не возьму только в толк, какого черта он беспокоится, открыт этот музей или закрыт? Он нашел себе уютное местечко, но если у него есть работа, о которой он не хочет распространяться, так в Лондоне полно других офисов.
«Только эти офисы не так удачно расположены», — подумал Дэлглиш. Ведь не стоит забывать о работе Калдер-Хейла на MI5.
19
Когда Кейт позвонила миссис Стрикленд, чтобы договориться о встрече, та попросила о разговоре лично с коммандером Дэлглишем. Странная просьба. Они видели друг друга один-единственный раз, в библиотеке, во время его первого визита в музей, и это вряд ли можно назвать знакомством. Однако Дэлглиш с радостью согласился. В настоящее время миссис Стрикленд занимала в списке подозреваемых далеко не первое место, и, пока это так — и поскольку это так, — глупо ради полицейского протокола жертвовать полезной информацией, которой она вполне могла обладать.
В адресе, который Адаму дала Кэролайн Дюпейн, значился Барбикан. Похоже, это квартира. На седьмом этаже. Да уж, Дэлглиш ожидал увидеть совсем другой адрес. Этот жутковатый квартал (сплошь стекло и бетон, однообразные ряды окон, одинаковые дорожки) подходил молодому финансисту из Сити, а не пожилой вдове. Но когда миссис Стрикленд открыла дверь и пригласила его в гостиную, коммандер понял ее выбор.