Нужна «банда», его ближний круг.
Если не считать Стеф, которая так и остается моим союзником, я, кажется, не могу даже приоткрыть железный занавес, за которым прячутся Алана и Хайди. И пусть в последнее время Эван и не был откровенно враждебен со мной, кажется, он вообще предпочел молчать. «Если не можешь сказать ничего приятного» и все такое.
Вот почему я подумала, что сегодняшний вечер будет прекрасной возможностью для более интимной встречи. Только банда. Зефирки, фильмы ужасов, может быть, немного «Правды или действия» и «Я никогда». Сплочение и все такое.
Но к полудню дожди, предсказанные на этот вечер, превращаются в предупреждения о сильной грозе и торнадо по всей Каролине.
Потрясающе. Даже погода против меня.
Час назад Купер и Эван ушли, чтобы помочь Леви задраить люки на одной из его строительных площадок. Итак, теперь я сижу здесь, в их доме, с десятью фунтами холодных куриных крылышек и сырным чесночным хлебом, пока за раздвижными стеклянными дверями небо над заливом становится серым и зловещим. Делать особо нечего, и, поскольку я люблю бури – есть нечто интригующее в предвкушении необузданной стихии, – я открываю заднюю дверь, чтобы впустить прохладный воздух, а затем сворачиваюсь на диване и делаю домашнее задание. На заднем плане тихо работает телевизор, переключенный на местные новости, где метеорологи стоят перед радиолокационным изображением, залитым красным и оранжевым, и раздают советы типа «ни в коем случае не высовывайтесь из дома».
Я заканчиваю чтение по антропологии и смотрю на своем ноутбуке несколько клипов для урока медиакультуры, когда снаружи вспыхивает огромная молния, и в результате раскаты грома сотрясают дом. Поразительный шквал выбивает из меня дух. Дейзи, свернувшись калачиком под одеялом у моих ног, выбегает из комнаты и несется в свое любимое укрытие под кроватью Купера. Дождь начинает литься снаружи внезапным потоком, который поглощает горизонт за серебряной завесой. Я спрыгиваю с дивана и быстро закрываю раздвижную дверь, потом вытираю просочившуюся внутрь воду тряпкой для мытья посуды.
И тогда я слышу это – слабый вой вдалеке.
– Дейзи? – кричу я, оглядываясь. Она выбежала на улицу, пока я не видела?
Нет. Я быстро заглядываю в комнату Купера: она лежит под кроватью, положив передние лапы на паркет, а ее маленькая мордочка зажата между ними.
– Это ты плакала, малышка? – спрашиваю я и подпрыгиваю, когда слышу это снова. Это больше похоже на крик, чем на вой, и он определенно доносится с улицы.
Во время грозы можно услышать ее крик…
Мой пульс учащается, когда слова Эвана звучат в моей голове.