Купер облизывает мой клитор, пока я не начинаю дергать его за волосы и стонать от удовольствия. Его язык слишком хорош. Это вызывает привыкание.
Позже, после душа и очередного раунда оргазмов, мы садимся на крыльцо с Дейзи, ожидая, пока разогреется замороженная пицца.
– Не знаю, как прошла бы через все это, если бы не встретила тебя, – признаюсь я Куперу, глядя на то, как наш щенок спит у него на коленях. – Имею в виду это свое решение с колледжем и семьей.
– Отлично прошла бы. В конце концов, я просто предлог, который подтолкнул тебя к действию.
– Может быть, – соглашаюсь я. – Но я бы назвала это вдохновением. Ты вдохновил меня.
Он закатывает глаза.
– Замолчи. Я серьезно. – Кое-что о Купере: он совсем не умеет принимать комплименты. Это одно из его наиболее очаровательных качеств. – Ты никого и ничего не боишься. У тебя свои правила. Да будут все остальные прокляты и все такое.
– Это легко, когда у тебя ни черта нет.
– Ты поверил в меня, – говорю я. – Ты единственный, кто когда-либо верил в меня, Купер.
Это много для меня значит. Я никогда этого не забуду.
Но даже пока я наслаждаюсь вновь обретенной независимостью, я не настолько наивна, чтобы поверить, будто мои родители примут мое решение отступить. Они найдут способ причинить боль. Никто не переходит дорогу моему отцу безнаказанно. Так что последствия этой внезапной вспышки неповиновения определенно будут. Вопрос только в том, насколько плохими они будут.
Последствия моих действий не заставляют себя долго ждать. Через шесть дней после того, как я все бросила, я получаю письмо от декана.
Оно короткое и лаконичное. Вежливое «тащите сюда свою задницу».
Я опаздываю на встречу на несколько минут, и секретарь ведет меня в кабинет, отделанный вишневым деревом.
– Декан занят другими делами и будет здесь через минуту. Не хотите ли немного воды?
Наверняка мои родители сделали несколько звонков, надеясь, что нейтральная третья сторона сможет убедить меня от их имени, дабы я не бросала колледж. Хотя, насколько я понимаю, все, что осталось, это формальности при оформлении документов.
Безусловно, я чуть продвинулась в том, что называется «уходом» из Гарнета. Занимаясь отелем и своими сайтами, я, как говорится, прогуливала.
– Извините за задержку. – В комнату входит декан Фрайтаг, миниатюрная женщина, чья кожа буквально прилипает к костям. Запыхавшись, она обходит свой стол, стряхивая влагу со своих светлых волос до плеч, поправляет жакет клюквенного костюма и стягивает с шеи шелковый шарф.
