Но, кто знает, правда ли это? Если кто-то из девчонок еще общается с ней, едва ли они расскажут об этом. И это самое главное доказательство того, что Женевьеве Уэст плевать на его гребаное разбитое сердце.
– Ты все еще влюблен в нее?
Брат снимает футболку, чтобы стереть пот с лица, а затем встречается со мной взглядом.
– Я даже не думаю о ней.
Ну да, конечно. Знаю я это выражение. У меня такое же каждый день с тех пор, как отец ушел от нас. Такое же выражение у меня было, когда мама бросала нас и пропадала на недели или даже месяцы.
Иногда мне кажется, будто Эван забывает, что я единственный человек на земле, которому он не может солгать.
Мой телефон вибрирует, моментально отвлекая меня от дерьма, связанного с моим братом. Я смотрю на экран и вижу сообщение от Мак.
Маккензи: Мой профессор по биологии только что поделился с классом, что у него есть собака по имени Мистер Лужица. Думаю, мы нашли идеальное имя.
Я не могу сдержать смешок. Эван тут же вскидывает голову и подозрительно глядит на меня.
– А с тобой что?
– А что со мной?
– Каждый раз, когда я смотрю на тебя, ты пишешь этой девчонке-клону. Вы начинаете сближаться.
– Я думал, в этом и смысл, гений. Она не бросит своего парня ради какого-то придурка, который ей не нравится.
– О чем вы переписываетесь? – допытывается он.
– О всякой ерунде.
Это даже не ложь. По большей части мы спорим об имени для собаки и о том, как лучше ее тренировать. Маккензи потребовала себе частичную опеку и право на посещение. Я предлагаю ей скинуться на лежанку для сна и собачий корм.
Она хочет больше фотографий.
– Угу. – Он окидывает меня взглядом. – У тебя же не появились чувства к этой богатенькой стерве?
– Эй. – Эван может сколько угодно вываливать на меня свои проблемы, но злиться на Мак он не имеет права. – Она тебе ничего не сделала. На самом деле, она вела себя очень мило. Так что следи за языком.
– С каких это пор тебе не все равно? – Брат подходит ко мне вплотную. – Она одна из них, помнишь? Клон. Из-за ее гребаного парня тебя уволили.
Не забывай, на чьей ты стороне.
– Я на твоей стороне, – напоминаю я ему. – Всегда.
Нет ничего сильнее нашей с братом родственной связи. Точка. И никакая девчонка этого не изменит. У Эвана зуб на всех, кто учится в Гарнете. Для него они все враги. Такое отношение разделяет большинство выросших здесь детей, и я их не виню. Не помню, когда в последний раз богатенькие клоны делали что-то другое, кроме как использовали нас и оскорбляли.
