— Нет, бог Дуум, это не так. Я была предана тебе, мой господин, отец мой. Не покидай меня!
— Теперь ты не можешь быть моей невестой.
— Тогда, Учитель, я с радостью буду твоей рабыней. Не оставляй меня здесь, среди врагов Сета.
— Не бойся, дитя мое, — мягкий голос Дуума был успокаивающим.
Тулса Дуум, не говоря больше ни слова, снял с шеи ядовитую змею и так же, как раньше, превратил ее в смертоносную стрелу. Ясимина непонимающе смотрела на него, но Саботай, заметив движение Змеи, понял, в чем дело. Когда Дуум приготовился выпустить волшебную стрелу, раненый гирканец бросился вперед, и в тот самый момент, когда стрела, с шипением рассекая воздух, уже готова была поразить свою жертву, Саботай загородил принцессу щитом. Стрела ударилась о дерево, вновь превратилась в змею и, извиваясь, упала на землю. Маленький вор выхватил меч и изрубил ее на куски.
Ясимина закрыла лицо связанными руками и истерически зарыдала. Конан медленно подошел к главе Культа. Сощуренные глаза киммерийца не отрывались от Дуума. Конан встал между принцессой и ее повелителем. Дуум косо посмотрел на меч, зажатый в руке киммерийца, — клинок из великолепной стали атлантов, выкованный много лет назад деревенским кузнецом. Когда он посмотрел в суровое лицо варвара, страх ледяной рукой сжал сердце Тулса Дуума. Содрогнувшись, он повернул коня и поскакал за исчезающими остатками своей стражи.
— Здесь покоятся великие души, — сказал древний колдун и добавил: — Сегодня они сражались за вас.
— Знаю, старик, знаю, — пробормотал Конан, думая о сияющей фигуре Валерии. — Ты и Саботай много сделали для сегодняшней победы.
Молодой гигант обернулся и осторожно приподнял лицо принцессы.
— Он бы убил тебя, — сказал он. — Ты знаешь это. Сначала он послал своего слугу, потом пришел сам, чтобы сделать это.
Девушка молча кивнула. Конан продолжал:
— Теперь я должен убить его, потому что он — воплощение зла. И ты должна провести меня к нему. Ты готова?
Принцесса опять кивнула, и грустная улыбка растерянного ребенка показалась на ее заплаканном лице, когда он развязывал ей руки.
— Ты поймешь… когда-нибудь… когда ты будешь королевой, — сказал он.
Остаток ночи Конан и колдун по очереди присматривали за принцессой и за раненым Саботаем. Конан проснулся на рассвете и увидел около себя колдуна. Старик прошептал:
— Покажи мне талисман, который ты снял с убитой женщины-воина. Я изучу его на свету. — Указав на узкий луч света, пробившийся в хижину, он добавил: — Мои знания могут помочь тебе.
Конан снял с шеи драгоценный камень и протянул его колдуну. Старик поднес камень к окну, и сияние залило его простое жилище. Наконец он заговорил:
— Это Глаз Сета, не так ли? Знаешь ли ты о его магических свойствах?
— Нет, — ответил Конан.