Одолев последнюю лестницу, Конан огляделся, высматривая стражников. Мадезус прислонился к стене внизу пролета, силясь отдышаться. Он не привык к подобной беготне. Когда сердце перестало выпрыгивать из груди, он медленно поднялся наверх, не спуская глаз с поджидавшего его Конана.
Киммериец махнул ему рукой, приглашая следовать за собой, и бесшумно пересек стражницкую. Здесь тоже не было ни души, и это заставило Конана насторожиться. Он напомнил себе, что солнце еще не взошло, а потому, может, так тому и следовало быть. Он крался вперед, держа руку на рукояти меча в следуя указаниям Мадезуса, знавшего, как пройти к королевским покоям…
И вот наконец они добрались до высокой, обшитой медными листами двери: именно таков, по словам жреца, был вход во внешние покои Эльдрана. Дверь была заперта, и Конан спросил себя, где же, наконец, стража? Почему и перед дверью никого нет?.. Он оглянулся проверить, следует ли за ним Мадезус.
Помимо собственной воли он зауважал жреца еще больше. Митраит усердно поспевал за ним и притом двигался тихо. Киммериец ни разу еще не встречал подобных жрецов. Как не похож был Мадезус на тех напыщенных храмовых чистоплюев, с которыми он сталкивался раньше! Его разбирало невольное любопытство, он не отказался бы разузнать, кем Мадезус был в прошлом. Однако до сих пор он не задавал ему вопросов. В любом случае лучше держаться подальше от жрецов, чародеев и им подобных!..
…Конан оглянулся как раз вовремя, чтобы заметить, как из-за тканой шпалеры за спиной Мадезуса вынырнул человек. Он закричал, пытаясь предупредить жреца, но того сцапали прежде, чем, Конан успел издать хотя бы звук. Тут же с треском растворились медные двери, и прямо на киммерийца вывалилась орава бритунийских горцев с оружием. Его рука непроизвольно метнулась к мечу, но замерла на полпути. В дверях появился здоровенный темноволосый кезанкиец и заорал во все горло:
– А ну всем стоять!.. Не трогать их, псы!
Низкий повелительный голос мигом заставил замереть горцев, уже взявших в кольцо синеглазого великана. Могучий кезанкиец ткнул пальцем в сторону Конана и невесело усмехнулся:
– Ты, верно, Конан?.. – И после некоторой паузы продолжал: – Жреца я первый раз вижу, но все равно мы безмерно благодарны вам обоим… За что? За то, что помогли разоблачить изменника, покусившегося на трон! – Горец указал на скорченный труп стражника, валявшийся почти у него под ногами. – Вот этот говнюк был в личной охране изменника! Мы схватили обоих, когда они удирали из подземелья! Я показал ему меч, и язык у ничтожества сейчас же развязался, а потом заполоскался, как флаг на ветру! Ну, когда я выяснил, что и у него рыльце в пуху, я тут же и всадил меч в его поганые кишки! Тьфу!.. – И горец смачно плюнул на замаранную кровью рубаху бывшего стражника.