Автор
В мире миссионарской страсти женщины стали для Меган О'Брайен не просто объектами желания, а целями в игре. Гонка за призами и стремительные, запыхавшиеся моменты между неприступными стенками – это только начало. После победы игра заканчивается, и каждая из этих женщин становится новым испытанием....
Я провела своей ладонью вверх и вниз по всей ее спине. Под футболкой, которая была на ней, ее кожа была теплой и мягкой. Остановившись, я крепко прижала ее ближе к своему сердцу, оставив нежный поцелуй у нее на лбу. ""С тобой действительно все в порядке?"" - прошептала я.
Она молчала так долго, что я начала задаваться вопросом – а не уснула ли она. Я продолжила прижимать ее к себе, закрыв глаза и наслаждаясь устойчивым мурлыкающим ритмом ее сердцебиения прямо напротив моего сердца.
Наконец, она заговорила: ""Делани?""
""Да?"" – ответила я.
""Ты... правда считаешь меня красивой?""
Этот вопрос удивил меня. В ее голосе звучала все та же уязвимость. Что-то в ней заставило меня на мгновение забыть о своих страхах, и правда без колебаний вышла из меня.
""Я думаю, что ты молодец, - ответила я. - Я думаю, что ты самая красивая женщина, которую я когда-либо встречала"".
Плечи Ханны неожиданно задрожали от тихих всхлипов. Я замерла, продолжая держать ее тело рядом со своим. Она уткнулась лицом в мою шею, и я поежилась, почувствовав ее горячие слезы на своей коже.
""Разве ты не знала это, милая?"" - прошептала я, еще крепче сжимая свои руки вокруг нее и чувствуя, как мои собственные глаза горят от сочувствия к ее горю. ""Может быть, мне нужно озвучивать то, что я всегда думаю, потому что не проходит и дня, чтобы я не заметила, как удивительна ты"".
Ханна затихла на мгновение, а потом ее тело дернулось от плача. Я могла бы сказать, что она очень старалась взять себя под контроль, и прижав свои губы к ее уху, я подарила ей мягкий поцелуй.
""Все хорошо, малышка"", - пробормотала я. Мне подумалось, что я никогда раньше не использовала такие нежные слова, и была лишь немного удивлена тем, как легко они сошли с моих губ. ""Все будет хорошо"".
В конце концов рыдания Ханны затихли. Ее тело все еще оставалось напряженным в моих руках, и я ждала, когда она сможет найти свой голос. Хоть это и пугало меня, я чувствовала, что она захочет поговорить.
""Ты знаешь, он был очень расстроен"", - сказала она наконец.
Он. Я боялась этого разговора, хотя это не имело никакого значения. Ханна выбрала меня, и мне оставалось только идти вместе с ней.
""Расстроен, чем?"" - прошептала я.
""У него были проблемы... ты знаешь. Я имею в виду, он был готов, а я... я была так напугана и... сухая. Он сказал мне, что он очень хотел мою грудь, ты знаешь... они были большими"". Она прижалась губами к моей ключице и прошептала против моей кожи. ""Ты думаешь...
