Автор
Утренний свет мягко проникает в комнату Динны Дюры. Она открывает один глаз, проверяет время на циферблате: 6:45. Если сейчас подняться, ей останется целый час свободного времени для себя — и даже больше, если она быстро оденется.
Похоже, «Конец лета» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Кроме того, в галерее было несколько хорошо спрятанных работ Поллока, Дали и Конинг, которые он выставлял очень редко. Словом, у Бена было только лучшее. Наряду с произведениями признанных мастеров были у него и тщательно отобранные работы молодых, еще неизвестных художников. Бен хотел, чтобы среди них оказались и ее работы. Могла ли Динна мечтать о большем? Но как рассказать об этом Марку? «Мне пришлось это сделать. Он меня попросил. Я хотела...»
– Нет. – Марк не поймет, да и Пилар тоже. Она решит, что ее мать выскочка и хвастунья.
– Тут вы правы, я действительно не понимаю.
Бен протянул Динне кусок французской булочки и сыр. Ее работы были расставлены по всей комнате, двадцать две картины, и все ему нравились. Динна взяла хлеб с сыром и улыбнулась.
– На чердаке хранится еще тридцать картин, и еще четыре – у Ким.
– Вы просто сумасшедшая.
– Ничего подобного. Бен протянул ей персик.
– А я говорю, сумасшедшая. Однако я ничего против не имею. Но может быть, вы придете завтра вечером на открытие новой экспозиции? В этом ведь нет ничего плохого? Или вы даже это боитесь сделать?
Бен явно ее провоцировал, и Динне это не понравилось.
– Кто вам сказал, что я боюсь?
Она откусила сочный персик и улыбнулась.
– А разве кто-то должен сказать? Просто я не вижу никакой другой причины, почему бы вам отказаться выставлять свои картины.
– Я отказываюсь, потому что это не имеет смысла.
– Это в вашем отказе нет смысла. – Их разговор мог бы походить на спор, если бы они оба не смеялись. Отчасти тому способствовало и выпитое вино.
– Я не сумасшедшая, а просто упрямая.
– И вы выглядите точь-в-точь как женщина с картины Уайета. Вы тоже заметили сходство?
Бен поставил стакан. Его взгляд снова притягивал Динну. После короткого колебания она кивнула:
– Да, заметила.
– Только у вас я могу видеть глаза. – Бен очень долго удерживал ее взгляд, потом наконец отвел глаза. Он подумал, что у той женщины с картины глаза должны быть точно такими же.
– У вас тоже.
Тихий голос Динны напомнил шорох бриза на пляже в Кармеле, и оба вспомнили вечернюю прогулку. Некоторое время Бен молчал, рассматривая ее картины.
– Вы сказали, что это ваша дочь. Это правда?
Он посмотрел на Динну, ему хотелось узнать о ней больше.
– Да, ее зовут Пилар, ей скоро исполнится шестнадцать. Она очень хорошенькая, гораздо красивее, чем на картинах.
