Автор
Классический научно-фантастический роман о вневременной организации «Вечность», где люди из разных эпох работают над совершенствованием человечества путём изменения истории. Главный герой должен выбрать между служением системе и спасением будущего цивилизации от неминуемого краха.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Конец вечности» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Классический научно-фантастический роман о вневременной организации «Вечность», где люди из разных эпох работают над совершенствованием человечества путём изменения истории. Главный герой должен выбрать между служением системе и спасением будущего цивилизации от неминуемого краха.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Айзек Азимов Легкое чтение Фантастика Научная фантастика подборки серии
Классический научно-фантастический роман о вневременной организации «Вечность», где люди из разных эпох работают над совершенствованием человечества путём изменения истории. Главный герой должен выбрать между служением системе и спасением будущего цивилизации от неминуемого краха.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
"Айзек Азимов
Конец вечности
Isaac ASIMOV.
THE END OF ETERNITY. 1955.
THE GODS THEMSELVES. 1972.
NEMESIS. 1989.
Составитель серии Д. Байкалов.
Оформление серии А. Саукова.
Серия основана в 2008 году
Конец вечности[1]
Глава 1
Техник
Техник Эндрю Харлан вошёл в капсулу. Капсула находилась внутри колодца, образованного редкими вертикальными прутьями. Прутья плотно облегали круглые стенки капсулы и, уходя вверх, терялись в непроницаемой дымке в шести футах над головой Харлана. Харлан повернул рукоятки управления и плавно нажал на пусковой рычаг.
Капсула осталась неподвижной.
Харлана это не удивило. Капсула не должна была двигаться ни вверх, ни вниз, ни вправо, ни влево, ни вперёд, ни назад. Только промежутки между прутьями словно растаяли, затянувшись серой пеленой, которая была твёрдой, но всё-таки нематериальной. Харлан почувствовал лёгкую дрожь в желудке и слабое головокружение и по этим признакам понял, что капсула со всем своим содержимым стремительно мчится в будущее сквозь Вечность.
Он вошёл в капсулу в 575-м Столетии. Этот Сектор Вечности стал его домом два года назад. Никогда до этого ему не приходилось забираться в будущее так далеко. Но сейчас он направляется в 2456-е Столетие.
Месяц назад при одной только мысли об этом Харлану стало бы не по себе. Его родное 95-е Столетие осталось далеко в прошлом. Это был век патриархальных традиций, в котором атомная энергия находилась под запретом, а всем строительным материалам предпочитали дерево. Век славился своими напитками, которые в обмен на семена клевера вывозились почти во все другие Столетия. Хотя Эндрю Харлан не был дома с тех пор, как он в пятнадцать лет стал Учеником и прошёл специальную подготовку, его никогда не оставляла тоска по родным Временам. Между 95-м и 2456-м Столетиями пролегло почти двести сорок тысяч лет, а это ощутимый промежуток даже для закалённого Вечного. При обычных обстоятельствах всё было бы именно так.
Однако сейчас Харлану было не до абстрактных размышлений. Рулоны перфолент оттягивали его карманы, планы тяжким грузом лежали на сердце, мысли были скованы страхом и неуверенностью.
Он машинально остановил капсулу в нужном Столетии.
Странно, что Техник способен волноваться. Харлан вспомнил сухой голос Наставника Ярроу:
— Первая заповедь Техника — ничего не принимать близко к сердцу. Совершаемое им Изменение Реальности может отразиться на судьбах пятидесяти миллиардов человек. Миллион или более могут измениться настолько, что их придётся рассматривать как совершенно новые личности.
Пытаясь отделаться от воспоминаний, Харлан резко тряхнул головой. Кто бы мог подумать тогда, что именно он, Харлан, станет Техником и к тому же одним из самых талантливых. И всё-таки он волновался. Но не за судьбу пятидесяти миллиардов человек.
