Через несколько минут в ответ раздался другой вой. А потом еще. И еще. Акъял выл до тех пор, пока не начал ему вторить целый хор, целая огромная стая.
Добрая это примета. Со спокойной душой вернулся Акъял-батыр в стан. Там как раз встретил русского владыку – тот проснулся с первым лучом солнца, вышел из своего шатра.
– Радуйся, хан Гулеб! – улыбнулся ему Акъял. – Сегодня мы победим! Так боги сказали!
Кащей Бессмертный сидел в очерченном на земле круге. Его бесстрастный взор был устремлен в никуда, в вечерний сумрак. Никто из слуг не приближался к царю – такой мертвый холод вокруг стоял.
– Ты точно не можешь вернуться? – говорил Кащей, обращаясь в саму Навь, к сгинувшему там отцу.
– Не могу… – прошелестел ветер из-за Кромки. – Не могу, сыне… Меня изгнали… Я ослаб… Я засыпаю… Через год призови меня сызнова… Благодать поослабнет… Наберусь новых сил… Проснусь… До тех пор – справляйся своими силами… Как уж сумеешь…
Кащей медленно сомкнул очи. Такого развития событий он не предусмотрел. Не мог предусмотреть. Самый продуманный и далеко идущий план не может угадать каждую случайность.
Война может быть проиграна из-за того, что погиб полководец. Полководец может погибнуть из-за того, что в неудачный момент споткнулся его конь. Конь может споткнуться из-за того, что потерял подкову. Подкова может отвалиться из-за того, что кузнецу не хватило гвоздя, и он махнул рукой, посчитав, что и так сойдет.
Сиюминутная лень, глупость или жадность одного-единственного мелкого человечка может привести к гибели целой державы. История знает такие примеры.
Конечно, Кащей делал ставку не только на Вия. Отец был важной частью замысла, но он понимал, что тот не будет помогать всегда. Рано или поздно древний демон вернулся бы в свой подземный мир.
И все же это произошло слишком рано. И не так некстати потеря самого Вия, как исчезновение его навьего воинства. Они составляли значительную часть Кащеевых сил, и без них станет заметно труднее. Часть мертвецов Кащей воротит, снова соберет с бору по сосенке, но на это нужно время.
Кащей даже раздумывал, не поворотить ли обратно, не отложить ли великий поход еще на год. Чтоб уж наверняка.
Но все же решил не поворачивать. Через год его нападение неожиданным уже не станет, русы сложа руки не просидят. Под Костромою собралась такая огромная рать, каких свет не видывал – и это за какой-то месяц. Сколько их станет через год?
Крепко слишком Кащей их напугал. Перестарался.
Робея и остерегаясь, к бессмертному царю приблизился хан Калин. Он бы не осмелился прерывать размышлений владыки, но дело было спешное, неотложное.
– Кобалог, о светлый царь, – промямлил он, когда Кащей обратил к нему взор змеиных глаз. – Он куда-то укатился. Мы… мы не смогли его остановить.