Да кошмар, думает Ходжес, и, не сомневаюсь, ты уже раздумываешь, не стоит ли провести деловую встречу насчет того, чтобы стать агентом по его продаже…
Не то, что он имеет что-то против мужчины, который в результате бойни у Городского Центра прошел сквозь свое собственное ад…
— А вы палку оставили внизу, вижу, — комментирует Ходжес, когда они поднимаются на второй этаж.
— Я иногда пользуюсь её поздними вечерами, особенно в дождливую погоду, — говорит Том. — Ученые говорят, что эти все разговоры о болях в суставах на погоду — чушь собачья, но скажу тебе: эти бабушкины сказки хоть в банк неси. Ну, вот и спальня, и можно увидеть, что она устроена так, чтобы улавливать лучи утреннего солнца. Ванная большая и красивая — душ с пульсирующей струей, — а там по коридору…
Да, дом замечательный. Ходжес в Ридждейле ничего иного и не ожидал, но нет ни одного признака, что кто-то в последнее время здесь бывал.
— Достаточно? — спрашивает Том.
— Да, пожалуй, что да. А вы тут поблизости никого не замечали?
— Ну да, — говорит Ходжес. — Извините, что вытащил вас сюда в такую стужу.
— Да мелочи. Я бы все равно дома не сидел. И рад вас видеть. — Они выходят через кухню; Том закрывает за собой дверь и включает сигнализацию. — Только что-то вы ужасно похудели.
— Ну, вы же знаете, как говорят — слишком худыми и слишком богатыми не бывают!
Том, который после своих травм, полученных у Городского Центра, некоторое время был и слишком худым и слишком бедным, реагирует на эту бородатую шутку вежливой улыбкой и идет к фасаду дома. Ходжес делает несколько шагов за ним и вдруг останавливается.
— А можно заглянуть в гараж?
— Конечно, только там ничего нет.
— Чтобы уже все точки над «і» расставить, да? Понятно! Сейчас найду ключ.
Только ключ ему не нужен: дверь гаража приоткрыта где-то на два пальца. Мужчины молча смотрят на щепки, торчащие из выломанного места вокруг замка. Наконец Том говорит:
— Сигнализация не охватывает гараж, насколько я понимаю.
— Правильно понимаете. Здесь же нечего охранять.
Ходжес заходит в прямоугольное помещение с голыми деревянными стенами и наливным бетонным полом. На бетоне видны отпечатки подошв. У Ходжеса изо рта идет пар, но кроме пара он замечает еще кое-что. У левых гаражных дверей стоит стул. Кто-то на нем сидел и выглядывал на улицу.
В левой верхней части живота Ходжеса постепенно нарастает неприятное ощущение, выпускает щупальца в нижнюю часть спины — боль уже давно стала ему словно старый приятель, но сейчас волнение полностью заглушило её.
Кто-то тут сидел и смотрел на дом 1601, думает он. Готов поспорить на ранчо, если бы его имел.
Он идет в переднюю часть гаража и садится на то место, где сидел неизвестный. Посередине двери расположены три окошка, и с одного вытерта пыль.