Автор
На дороге лежала девочка лет десяти, велосипед рядом валялся, колесо не остановиться. Братья Паркер, Лукас и Шон внимательно на неё смотрели через ковбойскую шляпу — это была единственная одежда. Нервничая, Лукас покусывал губы. Камень под ногами словно дышал, пытаясь увести взгляд от этой мрачной картины....
Глава 31
Шон снова давил на газ, крепко сжимая руль, поднимая по дороге столбы пыли, которая рассеивается в ночном небе. Мать снова решает все за него, за них двоих с братом. Почему она думает, что вправе это делать? Что за фарс и спектакль она решила устроить снова? Сватовство? До чего же все глупо и нелепо, почему она сама этого не понимает?
Юг штата был более консервативен, чтил традиции, да даже сейчас имело место быть слияние семей, бизнеса, ради этого заключались браки. Но Шон так просто не позволит даже родной матери решать все за него.
Дорога сама вела к дому Кэндис, а не в бар, напиться, как он это делал раньше, после чего снимал на ночь послушную шлюху, имея ее жестко. Теперь даже мыслей таких не было. Время было еще не позднее, он надеялся, что она дома и не спит. Было необходимо увидеть эту девочку, обнять, прижать к себе, успокоить нервы, унять сердце.
Но в сумерках возле ее дома он отчетливо увидел стоящую полицейскую машину. Снова перед глазами возникла та картина, как ее придавливает к полу здоровый мужик.
— Шон? — Кэндис была удивлена. — Как ты здесь…что-то случилось?
Оба мужчины смотрели только друг на друга.
— Ты снова здесь, Робертс? Что-то случилось?
— Случилось. Ты приехал.
— Я приехал, значит, ты уезжаешь.
Шон подошел ближе, медленно поднимаясь на крыльцо. Рик подобрался и тоже шагнул навстречу.
— Шон, как хорошо, что ты приехал, пойдем, мне надо тебе кое-что сказать."
"Кэндис пыталась отвлечь, отвести Паркера, но ее словно не слушали. После дневной поездке в участок, где она так не хотела, но под давлением Рика написала заявление. Не хотела, потому что знала, что будут пересуды, но она решила быть уже взрослой, значит пора совершать взрослые поступки. Рик вечером снова заехал, сказать, что Сэм сожалеет о случившемся, его отпустили до дальнейшего разбирательства.
— Кто ты такой, чтоб указывать мне?
— Я для тебя никто уже много лет, как и ты для меня.
— Ты все живешь старыми обидами, Паркер, — Рик внимательно смотрел в напряженное лицо Шона.
— Обидами? Ты считаешь, это обида? Предательство брата и моего друга — это обида?
— Я не предавал, я поступил так, как велел закон.
— Закон? Ты можешь засунуть свой закон куда подальше.
