В старом Петербурге, где свет падает через старинные окна в тонкую шёлковую перегородку, происходит странный инцидент — призрак обретает человеческое сознание. В кабинете антиквара Поля Смирнова медленно раскрывается загадочная сюжетная лента, а вокруг редкие золотые часы, словно провидцы, отсчитывают непостижную тишину....
Интересно, что забыл господин Завьялов в этом странном месте? Судя по тому, что сказал его источник, Дмитрий Александрович почтил своим вниманием танцевальную студию. Вряд ли парикмахерская, особенно сидящая на бюджетной подпитке, будет прятаться за железной дверью без каких-либо опознавательных знаков. Тем более этот вариант не подходит для обувной мастерской — эти умельцы, как правило, арендуют небольшие каморки на первых этажах. Остаётся студия… Господин Завьялов танцами увлёкся? Сомнительно как-то, и это мягко говоря.
Дверь он открыл своим ключом, значит, является либо негласным владельцем, либо кем-то, кому открыт доступ в любое время суток. Как бы посмотреть, что там за студия? И студия ли вообще…
Боря выбрался из машины, надел очки с массивной оправой и стёклами без диоптрий, надвинул поглубже кепку и пошёл в сторону здания. Миновал ступеньки, ведущие к магазину и легко взбежал по лестнице, ведущей к двери, за которой меньше получаса назад исчез Завьялов. Ни табличек, ни вывесок, информирующих желающих научиться танцевать о часах работы.
Не было даже звонка, и Боря решительно постучал. Какое-то время не раздавалось никаких звуков, но потом послышались шаги, и дверь приоткрылась.
– Чего надо? – неприветливо рявкнул выглянувший в образовавшуюся щель громила.
– Да мне бы в студию записаться, – брякнул Боря лишь бы хоть что-то сказать, а сам внимательно прислушался — не донесётся ли из двери какой-нибудь шум, из которого можно сделать выводы.
– Глухой, что ли? Сказали же тебе — закрыто! Танцор, блин! – хохотнул парень и попытался закрыть дверь.
– А когда можно прийти? – вежливо уточнил Боря, всматриваясь в красноватый свет, озаряющий кусок небольшого коридора и стараясь держаться так, чтобы лицо нельзя было рассмотреть в камеру.
– Никогда, закрыто тут, навсегда, – явно начал терять терпение парень и захлопнул дверь, не попрощавшись.
Боря хмыкнул и, спустившись с крылечка, пошёл в сторону, противоположную той, где он оставил машину. Вряд ли за ним кто-то следит, но, как говорится, бережёного бог бережёт. Обойдя стоящий по соседству дом, он подошёл к припаркованной машине с другой стороны и спокойно сел, чтобы дождаться Завьялова.
