В старом Петербурге, где свет падает через старинные окна в тонкую шёлковую перегородку, происходит странный инцидент — призрак обретает человеческое сознание. В кабинете антиквара Поля Смирнова медленно раскрывается загадочная сюжетная лента, а вокруг редкие золотые часы, словно провидцы, отсчитывают непостижную тишину....
– Нет — нет — нет! – воскликнул Завьялов и обратился к Алексею, по-прежнему крепко обнимающему Елену за талию. – Алексей Константинович, вы же не станете прятать от нас такое сокровище!"
"– Моя жена сама решит, как ей проводить свободное время, – спокойно ответил Краснов, делая вид, что не замечает жарких взглядов, которые Завьялов бросал в сторону Елены.
– Это было бы слишком жестоко — лишить нас общества вашей прелестной супруги, не дав насладиться её красотой, – Завьялова несло, и сейчас он удивительно напоминал того обаятельного красавчика-студента, от которого когда-то скромная Лёля потеряла голову.
– Вы занимаетесь благотворительностью? – молчать дальше было бы неприлично и подозрительно, и Елене пришлось продолжить разговор, так как Алексея очень не вовремя отвлёк кто-то из гостей.
– Да, мне кажется, что те, кто имеет возможность для совершения благих дел, просто обязаны поддерживать неимущих, но талантливых детишек, – в голосе Завьялова была тщательно отрепетированная — в этом она была абсолютно уверена — смесь чувствительности, скромности и пафоса.
– Грехи замаливаете? – Елена понимала, что задаёт неправильные вопросы, но это было сильнее её. Оказывается, самое трудное — это не встретить его, самое трудное — не вцепиться в его холёную физиономию и не закричать на весь зал, чтобы услышали все, что он подлец и убийца.
К счастью, Завьялов был настолько уверен в себе, что понял её слова так, как хотелось ему:
– А вы хотели бы больше узнать о моих … грехах? – негромко проговорил он, и в его красивом голосе Елена услышала низкие, слегка хрипловатые нотки, придающие сказанному оттенок приватности, почти интимности. – Если хотите, я готов рассказать…
– О нет, благодарю вас, – она покачала головой, – полагаю, я совершенно спокойно обойдусь без этих знаний.
– Куда же вы так торопитесь? – Дима хотел удержать её и даже протянул руку, но наткнулся на ледяной взгляд синих глаз и вовремя остановился. – Знаете, я хотел сказать вам, что наконец-то вспомнил, кого вы мне напоминаете…
Елене показалось, что пол качнулся у неё под ногами, а из лёгких разом выбили весь воздух. Она молча посмотрела на Завьялова, просто пожирающего её глазами, и иронично приподняла брови. На это её моральных сил ещё хватило.
