В тени многолетних сражений вспыхнуло неприметное собрание — родовые советы Скопиних и Шуйских объединились за древнейшим столом. Василий, последний из могущественного рода, держит баланс между преданной его памяти супругой и скептическим сыном-героем. А тайна исчезнувших родичей становится ключом к пониманию своего прошлого и будущего. Власть вернулась, но какое место среди новых властителей будет у этого человека?...
— Дон Бобо, — как-то спросил Вова, — зачем вы нам рассказываете всякую чепуху, если точно знаете суть дела?
— Эх вы, молодежь! — притворно вздохнул приживала. — Вы совсем не умеете пользоваться информацией.
— Помилуйте! Как я могу пользоваться подобной информацией, если знаю о ее недостоверности.
— Именно так и должны пользоваться. — Дон Бобо с сожалением посмотрел на юношу. — Вы же знаете о ее недостоверности.
— Не понял, — растерялся Вова.
— В нужном разговоре с нужным человеком вы можете подать выгодную вам сплетню со ссылкой на ее автора.
— И что мне это даст?
— Как что! — От возмущения дон Бобо перешел на крик. — Вы можете поссорить своих врагов или выставить посмешищем тайного недоброжелателя. — Приживала несколько раз прошелся по комнате и, успокоившись, продолжил: — Интригой быстрее добьешься своей цели, а то вы по молодости больше полагаетесь на свои шпаги и деньги.
— Вы предлагаете пускать ложные слухи и клеветать?
— Ни в коем случае! Это самый короткий путь к изгнанию и забвению.
Интрига, пропаганда и контрпропаганда, нет, это не для них. Хотя кое-что они уже начали, а раз начали, то надо довести до конца. Братья озадачили пронырливого дона Бобо конкретным заданием.
Утром за традиционной чашкой кофе братья обменивались собранной накануне информацией и строили планы на день и на вечер. Деловые встречи в Севилье проводились с десяти утра до полудня, затем город впадал в спячку и оживал к шестнадцати часам.
"Здесь у Саши и Вовы были заметные успехи, они уже стали двурукими и освоили прием под названием pas d’ane. До этого братья воспринимали всякие финтифлюшки на гарде оружия как досужую фантазию кузнеца. Ан нет, ничего лишнего, в том числе и приспособление для выполнения pas d’ane.
