Но проходя к выходу, задержался у стойки и поговорил с Игорем, нашим дежурным администратором. Потом ушел. А уж сколько я с ним трепался — пять минут или десять — я не засекал.
— Хорошо, — снова кивнул Илья Ильич. — То есть вы вышли из отеля и сразу же пошли… В какую сторону вы пошли? Вспомнить маршрут можете?
— Могу. Вам все улицы перечислить?
— Да, желательно.
— Это что, вы меня, значит, на алиби проверяете? Думаете, что это я убил этого писателя?
Пятаков при этих словах Терентьева быстро посмотрел на Льва Ивановича."
"— Нет, мы так не думаем, — ответил за Илью Ильича Гуров. — Мы просто делаем свое дело. Проверяем поминутно, кто и где находился в момент совершения преступления. Проверяем всех служащих и всех постояльцев, которые в этот момент находились в отеле, а не только вас, Александр Владиславович. Это часть нашей работы.
— Ага, понятно, — покивал головой Терентьев и назвал улицы, по которым он возвращался из отеля домой. — Мира мне сказала, что арестована жена этого самого писателя…
— Мира не совсем в курсе, — прервал его Гуров. — Ваша мать, Ольга Михайловна Кирьянова, не арестована, а находится под наблюдением полиции. Вы ведь знали, что убили именно Кирьянова?
— Я? Откуда же я мог это знать? — округлил глаза Терентьев. Он явно переигрывал, но Лев Иванович сделал вид, что поверил ему, и даже подыграл.
— Да, наверное, вы не в курсе. Мира ведь не называла вам фамилию убитого?
— Нет, не называла, — отозвался Терентьев. — Мы с ней в последние три дня практически не общаемся. Последний раз она звонила в тот день… Когда было убийство.
— Почему вы не общаетесь? — поинтересовался Пятаков.
— Она сама не хочет, — пожал плечами Александр. — Наверное, в шоке от всего, что произошло в отеле, и теперь хочет побыть одна.
— Это она вам так сказала?
— Нет. Это я так подумал, когда она не стала брать трубку и перезванивать мне после моих звонков.
— Вы не ссорились?
— Нет, — ответил Терентьев, но потом, немного подумав, добавил: — Во всяком случае, я не считаю, что мы поссорились. Так просто…
— А конкретней сказать не можете?
— Да ерунда. Просто она узнала, что я приехал не на машине, а на такси. Рассчитывала, что мы уедем с ней после ее смены вместе. Но я сказал, что мне нужно будет уйти раньше, потому что я обещал поехать с приятелем на рыбалку. Вот она и надулась.
— И что — поехали? — Гуров так и впился глазами в Терентьева.
— Нет. Это я ей просто так сказал, что поеду на рыбалку. А на самом деле мне нужно было в этот день поехать к матери в Варваровку и помочь ей. Мама затеяла ремонт в квартире. А Мира — она… В общем, она не очень любит мою маму.
— Ага. Ее мама не любит вас, а Мира не любит вашу маму. Понятно, — усмехнулся Пятаков.