Особенно, когда слышишь чьи-то раздражающие голоса, тут же ставшие тише после краткой вибрации в груди, к которой прижата, чувствуешь, когда обоняния касается последовательно аромат кофе, еды, потом почему-то чего-то такого, напоминающего сандал… потом чувство, когда положили на что-то мягкое и одновременно затемняют помещение так, что слабое свечение сквозь неподъемные веки с упоением растворяется в успокоительном мраке, а безвольное тело быстро согревается под накинутой на него тканью. И вроде надо бороться, необходимо, но непонятно с чем, как и куда направлять удар… все в провал.
* * *Пришла в себя и резко села. На широкой постели в небольшой, поглощенной вечерним сумраком комнате. Набор стандартный для спальни: кровать, две тумбы по обе ее стороны, шкаф напротив и комодик у двери. Широкое в пол окно слева, сквозь которое пытливо, вместе с огнями ночного города, заглядывал полумесяц. Голые ступни на теплый паркет с мимолетным осознанием, что включен подогрев пола. Подрагивающие пальцы по выключателю, регулирующему уровень освещения парящего потолка, осветившего нихуевые такие апартаменты и мой рюкзачок, неуместной сироткой примостившийся в широком кресле у журнального столика на балконе, объединенного со спальней в умеренных бежевых тонах.
Прострел осознания творящимся пиздецом и ледяные пальцы на золотистую ручку входной двери, податливо распахнувшейся в черный провал коридора.
В конце него рассеянный свет из арочного проема.
Туда на неверных ногах, чувствуя, что паркет в коридоре значительно холоднее, нежели в спальне. У края арочного прохода остановилась глядя на входную дверь невдалеке. С ключом, торчащим из замочной скважины.
— Не успеешь, — негромкий голос из помещения, соединенного аркой с широким коридором, в котором застыла я.
Голос знакомый, немного утомленный, несмотря на почти привычную тональность спокойствия. Сделав глубокий неслышный вдох, расправивший легкие и насытивший кислородом на мгновение остывшую кровь, шагнула в проем.
Просторная столовая оформленная под современный умеренно футуристичный дизайн. В некотором отдалении от входа, за широким овальным обеденным столом заваленным бумагами, Анохин. Расслабленно развалившийся в кресле и покачивающий бокал с жидкостью в цвет глаз на подлокотнике кресла. Не поднял на меня взгляда от бумаг и нетбуков перед собой."
"— Голодна? — голос очень ровный, питающий полную спокойствием тишину, царящую в квартире. Не получив ответ от сбитой меня, все так же глядя в экраны и бумаг перед собой, указал подбородком в сторону широкой барной стойки, отделяющей столовую от кухни, — препараты. Памятка рядом с ними. В холодильнике стейки, рыба на гриле и пара салатов.