Ну, понимаешь уровень, да? Я не знал, что Кир стоял на подоконнике, угрожая выйти спиной с четвертого этажа, и когда он понял, что через стену меня пытать начали, вкупе с его перцептивным восприятием, почти вышел. Успели перехватить и сдернуть с окна, слава богу… Я не поверил, когда мне сказал, что он в отделе. Не верил ни во что, отказывался сотрудничать и последовало «палестинское подвешивание». Потом «магазин». Я молчал. На «звонке другу» у меня уже не было сил терпеть и я начал орать. Меня почти успели заткнуть, но крик все же был. Вот тогда Кир чуть не вышел из окна. — Сглотнул. Голос спокойный ровный, вообще без налета эмоций. Слегка помассировал мой затылок, переводя взгляд на меня, переставшую дышать. Улыбнулся и поправил плед. — Мой голос не только Кир услышал. В тот же момент в отдел Тиса приехал. Выходец с Закарпатской части Украины, много знакомых было. Он тогда в Киеве в деловой поездке находился и когда сделка состоялась, его гаврики, отмечая это, на Крещатике гульнули лихо, их загребли и он их вытаскивать приехал, а тут я на весь этаж ору. У Тисы были еще свежи впечатления от беспредела лихих, он к такому относился очень по особому. Спросил у мусоров что за дела, за что парней загребли. Ну, мало ли, за шваль он заступаться бы не стал. Шваль это насильники, убийцы, педофилы… ему сдуру и сказали что, мол, мы банки грабили через компуктеры… — Тихо рассмеялся, безусловно считывая то, что скручивало мои внутренности и отрицательно повел головой — это было больше пятнадцати лет назад, он уже давно об этом не переживает, значит, и мне не стоит. — Тиса здоровый был такой, как Алеша Попович, сорок три ему было. Он умел по особому разговаривать. Вроде очевидные вещи говорит, а басом и интонацией такой, да еще и с экспрессией, что… стоит он посреди отдела и орет на полкана старше его, да такое орет, что тот голову в пол опустил и поник весь… — снова прыснул Константин Юрьевич, нажав мне на нос и опять качая головой, призывая не терять самообладания. — Тиса Кира просто взглядом на кресло усадил, когда тот малек взбух, узнав, что именно со мной делали, хотя Кир тогда абсолютно другой был, совершенно по иному свои таланты использовал и чтобы с ним таким одним взглядом совладать… Меня Тиса минералкой умыл, покурили посидели молча, и он сказал что выбор у нас есть. Здесь не убьют и даже пытать больше не будут, потом суды, да и по этапу, это первый вариант, а второй — к нему на работу, но если обманем, то суд тоже будет, только не на зону отправят, а под два метра земли, а если сбежать захотим, так через близких выйти заставят и все равно в могилу положат. Я вот сейчас вспоминаю… Тиса, по сути, тогда говорил страшные вещи, но предупреждал честно, и я бы, может, и отказался, отсидел бы и вышел… а у него глаза такие… людские.