Как итог его мозг работает не так быстро и пока он там под надуманным предлогом купаться будет, то найдет триста способов обосновать, почему нет. Не исключая и самые очевидные, которые сейчас мимо Константина Юрьевича прошли — усталость и алкоголь."
"Да уже и не надо. Уже перехотелось.
Мрачно глядя на дверь душевой, за которой он скрылся, я размышляла над тем, что явно не стоит устраивать скандал из-за того что я захотела сделать минет, а ему это претит. Мало ли какие у него причины. Может, его укусил кто, когда делал, и у мужика теперь психологическая травма. Не мое это дело, захочет — скажет, надо уважать чужое пространство.
И еще миллиард мыслей в голове из серии «а может?../ а если?».
— Почему ты против орального секса? — распахнула дверь я, решив недодумывать.
Он, уже сняв рубашку, расстегивал ремешок часов, глядя как сливается вода в душе. Пауза была недолгой, однако я уже начала думать, что задала вопрос я зря, но он все же ответил:
— Потому что у меня был контакт с ВИЧ-положительным человеком. Период окна закончился три месяца назад, я в последний раз проверялся более полугода назад и результаты очередных ПЦР еще не готовы. — Очень спокойно произнес Костя, поворачиваясь ко мне, опираясь рукой о раковину и выставляя руку так, чтобы я заметила прокол на его локтевом сгибе. От иглы.
Вспышкой в сознании вторая с ним встреча, когда прокусила ему губу. До крови. И они с Киром меня дезинфецировали.
— Незащищенный контакт, да? — тихо уточнила, с трудом сглотнув и глядя на его локоть.
— Да. С кровью.
Автоматически взгляд на его шлифованный шрам, которого абсолютно не видно. Приговор он выносил ножом и Виталя был вооружен, кровь могла смешаться. Могильный холод внутри от такого кровосмешения. И его возможных последствий.
— Нет, это не Виталя. Это Кот. — Усмешка в голосе и я обескуражено посмотрела в невесело улыбнувшегося Костю, опирающегося бедром о край тумбочки, отводя взгляд. — Вирусная нагрузка у него несколько лет минимальная, фактически неопределяемая, это говорит о том, что риск передачи инфекции у него очень низкий, но ранение в шею было глубокое, крови он терял много, а я в стороне не стоял. — При этих словах у меня эхом в мыслях пронеслись смеющиеся утробно мурлычащие интонации Кота, задавшего в клубе Косте вопрос, которого я не расслышала, а Анохин ответил отрицательно. И Стас сетовал, что ему снова тащить Костю. Что он спрашивал и куда ему тащить Костю теперь очевидно. А Костя, все так же не глядя на меня, продолжал, — в Сомали, когда находишься у местной шерсти в подобии плена, с водой и антисептиками проблемы. Нас вытащили через семнадцать часов и у Кота развилась паранойя, что я мог от него заразиться.