В темных улицах города застаивается тихий вечер, где каждое движение кажется загадочным. Это одиннадцать месяцев назад — Виталий Тисарев, успешный предприниматель, смотрит закат и думает о том, как устроить свой отдых без лишних хлопот. Окружение не располагает к глубокому расслаблению, но Виталия волнует информация о поездке. Атмосфера напоминает баланс между надеждой и тревогой в ожидании чего-то важного....
Я сейчас как раз грузиться начала, как мне отработать счет в банке, который хакнуть маститые спецы не могли… а Дин-Дон хранит бабло в другом банке, да еще и таком посредственном. Это все, конечно, радует, ведь задача чрезвычайно облегчается, но это пиздец как нелогично, Шеме… Дана.
Чокнутая довольно долго молчала. Взвешивала, говорить или нет. Потому что если говорить, то значит говорить все. Я, глядя в ее профиль не торопила и терпеливо ждала, тем самым давая понять, что не задала бы вопроса и не требовала бы ответа, если бы существовала вероятность, что я отменю решение.
— Потому что его банк для определенных людей и для определенных целей. — Стряхнула сигарету на салфетку, лежащую на ее ладони и разглядывая пепел, еще тише продолжила, — там есть, конечно, и обычные клиенты, для фана, наверное, но основная масса все же… — Подняла на недоверчивую меня взгляд и очень тихо, но крайне серьезно огорошила, — короче, котловое это, Жень, поэтому личное бабло никто там не хранит, не для них розочка цветет.
— Общак? — неуверенно прыснула я, глядя на чокнутую, выдыхающую дым в сторону окна и все так же серьезно смотрящую на меня. — Ты сейчас меня разыгрываешь? — Поняла, что нет. Присвистнула, доставая сигарету, — и чего, воры в законе, паханы и прочее?
— Да какие воры… — поморщилась она, оглядываясь в поисках того, обо что затушить почти скуренную сигарету.
— Чиновничий общак? Это даже не смешно, чокнутая! — отрицательно покачала я головой.
Она, отпив минералки, с насмешкой смотрела на меня, скептично приподнявшую бровь.
