Сверкающий столик кафе, где девушка подает тревожное предупреждение: "Ты так однозначно сдохнешь, Ева". После долгой недели пребывания в больнице, я снова лежу в палате. "На больничной жратве?" — бормочу я, вытираясь салфеткой и осознавая текущие проблемы со здоровьем.
Похоже, «Контракт на невинность» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он что, избил врача? Ну вообще…
— Читай уже давай."
"Камиль и он замолкают. Я только слышу в почти полной тишине шуршание листов бумаги. И замечаю, как на лице Камиля калейдоскопом меняются эмоции. Сначала — равнодушие. С таким видом смотрят на квитанции в почтовом ящике. Потом я замечаю, как он едва хмурится. Его внимание застывает на одной странице, и Камиль спустя время поднимает на Зайцева взгляд, в котором что-то большее, чем просто удивление.
— Слышь, Зайцев, я надеюсь, ты не перепутал чьи-то результаты с моими?
— Нет, Камиль.
Эти слова для меня, словно внезапный удар кувалдой по голове. Я чувствую, как у меня перехватывает дыхание, догадываясь, о чем они говорят. И зажимаю рот ладонями, лишь бы не вскрикнуть. Камиль в этот момент смотрит на врача так, словно не до конца верит ему, а тот продолжает со вздохом:
— Да. Тебе дали третий шанс, Камиль. Не просри его, как второй.
— Поболтай мне еще здесь, — перебивает этот вдохновленный спич Камиль, выразительно глядя на Зайцева, и тот тяжело вздыхает.
— Да и может, характер у тебя попроще станет.
Зайцев уходит, оставив нас втроем. Камиль медленно садится обратно в кресло, еще раз перелистнув пачку листов в своей руке и пробежавшись по ним взглядом, словно убеждаясь еще раз в том, что видит.
— Ты вылечился, — вылетает у меня на выдохе. Я ведь правильно поняла все? Пусть это будет то, о чем я думаю. По-другому быть не может!
— Да, — следует короткий, но понятный ответ.
— И оно не вернется?…
— Нет, не вернется. Вряд ли вернется, точнее. Это не химиотерапия, цыпа. Кое-что другое.
В этот момент малышка начинает кряхтеть, а потом я слышу громкий и требовательный плач.
