Утро и дождь создают мрачную атмосферу над городом. Капельки стекают по окну, мерцая от мелкого дождя, как будто зеркальце в безликой гостинице или офисе. За окном всё еще одинаково, скучно и уныло – ни одного знака, что вы находитесь за пределами своей страны.
— А что еще ждет моих людей в этом НИИ, засада?
— Никакой засады, всего-навсего четыре трупа, шесть похмельных охранников и два пустых автомобиля к юго-западу от центрального входа.
— Ваша работа?
— Вы имеете в виду охранников?
— Конечно же, нет, — он улыбнулся половиной рта, и я вдруг понял, что где-то этого мужика уже видел.
— Мы с другом просто проходили мимо.
— Неужели?
— Послушайте, Николай Николаевич, вы кто, вообще, переговорщик или следователь? Прекратите меня допрашивать и налаживайте диалог.
— Виноват, что дальше?
— Дальше будем ждать доклада ваших из института… — нет, где же я все-таки его видел?
Негромко пискнул в нагрудном кармане телефон.
— Прошу прощения, — я встал, взял со стола трофейные наручники и соединил ими левую руку переговорщика и батарею. — Это ненадолго.
Прошел за угол и достал из кармана трубку и раскрыл ее. В левом верхнем углу окошка появилось изображение, маленький желтый конвертик. Кто-то прислал мне сообщение, правда, без слов. Впрочем, никакие слова уже не требовались.
Вытерев пот со лба, пересек коридор, вошел в туалет, обычный грязный больничный сортир. Унитазов здешним болящим не полагалось, их заменяли возвышения с дырами. В одну из этих дыр и нырнули SIM-карты с моих телефонов, за ними последовали сами трубки, вернее, их осколки (перед тем, как пустить средства связи в автономное плавание по канализации). Во вторую дырку я бросил патроны, а в третью — пистолет в разобранном виде. Дернул за веревочки и под песни фановых труб заспешил обратно.
— Извините за доставленное неудобство, — я освободил пленника от оков, сел за стол и протяжно зевнул.
— Может, поспите… — заботливо предложил полковник. Почему полковник? Да потому, что я вспомнил, где мы с ним встречались. Четыре с половиной года назад у моего командира. Полковник присутствовал в качестве изображения на висящей на стене фотографии. И никакой он не Сидоркин, а Саибназаров, Равшон Саибназаров, отчества не знаю, полковник ФСБ, начальник отдела по борьбе с незаконным оборотом наркотиков.
* * *Угадайте с трех раз, что общего у Ленинградского вокзала и любого столичного аэропорта. Размеры? Ни в коем случае, в здании любого, кроме Быково, конечно, аэропорта без проблем поместятся три Ленинградских и еще место останется.
