Автор
Я стояла у мойки и глядела на сырую курицу присланную французами. Все ей нравится – белая, хрящица и мясистая. Но что же со мной делать? Вчера домашние категорично заявили: отварного цыпленка больше не хотим. Наши кулинары могут приготовить из бройлера множество вкуснейших деликатесов – сациви, заливное и паста....
Хотя Красногорск и называется городом, на самом деле он давно пригород Москвы. Правда, очень провинциальный, уютный. Зеленая улица полностью соответствовала своему названию. Даже сейчас, в самом конце сентября, деревья еще не потеряли листвы, впрочем, тут почему-то практически одни ели, а они не меняют наряд даже зимой. Странно, что такой крохотный проезд считают улицей. «Вольво» с трудом втиснулся в пространство между приземистым желтым домом и гаражом-ракушкой. Больше на Зеленой не было ничего.
Я обошла здание и на торце, возле входа заметила вывеску – «Клиника ь3».
– Кто у нас такой нетерпеливый? Ишь, обзвонились!
– Я к Комаровой Татьяне Андреевне.
– Ну да? – изумился голос, и дверь распахнулась.
Толстая-претолстая, но очень молодая женщина возникла в проеме.
– Зачем вам Комарова?
– Поговорить хочу!
– Поговорить… – усмехнулась медсестра, – а вы кто будете-то?
– Родственница.
– Надо же, – продолжала ухмыляться женщина, – первый раз слышу, что у наших больных родственники есть. Как свезут сюда, так, считай, похоронили, даже мертвых не забирают.
Полная дурных предчувствий, я двинулась за бранящейся теткой по коридору. Внутри отделение выглядело более чем странно – широкий коридор и полное отсутствие дверей в палатах.
Стояла невероятная, какая-то зловещая тишина. На железных койках под синими и розовыми байковыми одеялами виднелись больные. Сразу и не разберешь – мужчины или женщины, потому что головы обриты наголо.
– Скажи, Леночка, Комарова в поднадзорной? – осведомилась спутница.
