Автор
Я стояла у мойки и глядела на сырую курицу присланную французами. Все ей нравится – белая, хрящица и мясистая. Но что же со мной делать? Вчера домашние категорично заявили: отварного цыпленка больше не хотим. Наши кулинары могут приготовить из бройлера множество вкуснейших деликатесов – сациви, заливное и паста....
Прямо синела, когда ее видела, да и Лягушка тоже…
– Почему?
– Не знаю, – пожала плечами Марина, – скандал там какой-то вышел, вы историю про салат слышали?
– Нет.
Марина оживилась и с удовольствием принялась рассказывать.
Года два назад Артамонов и Лида сидели в Доме актера в ресторане. Все знали, что у Андрея с Риммой романчик, поэтому, когда в зал вбежала Лягушкина-Тышкевич, посетители замерли, предчувствуя интересные события. И не ошиблись! Быстрым шагом Римма подошла к столику, схватила тарелку с салатом «Оливье» и надела эту емкость на голову Артамонова.
На следующий день, когда на самом деле довольные «подруги» принялись звонить и высказывать фальшивое негодование, Лида спокойно отвечала:
– Ой, девочки, ничего не знаю, я в этот момент вышла, но по секрету мне рассказали, что Римма поспорила с Никитой Богословским.
Я вышла от Марины и поглядела на часы – семь.
ГЛАВА 7
Уже в холле я почувствовала запах гари и испугалась.
– У нас пожар?
– Нет, – захихикала Маня. – Зайка пирог печет.
– С яблоками и курагой, – уточнил, ухмыляясь, Аркадий.
В кухне стояла дымовая завеса. Сидевшие на пороге собаки отчаянно чихали. Возле мойки, над формой, наполненной чем-то черным, стояла Зайка.
– А все ты виновата, – неожиданно набросилась она на меня.
– Да я только вошла!
– Когда покупали плиту, я хотела «Бош»! А ты приобрела «Индезит»!
– Ну и что? – растерялась я.
– А то, что «Бош» дает гудок, если в духовке начинает дымить, а «Индезиту» на это наплевать. Так что из-за тебя все сгорело.
Я подошла к мойке, понюхала форму.
– Бабушка брала терку и соскребала черноту.
– Да? – воодушевилась Зайка. – Попробуем.
