Автор
Я стояла у мойки и глядела на сырую курицу присланную французами. Все ей нравится – белая, хрящица и мясистая. Но что же со мной делать? Вчера домашние категорично заявили: отварного цыпленка больше не хотим. Наши кулинары могут приготовить из бройлера множество вкуснейших деликатесов – сациви, заливное и паста....
Из коридора выглядывали две детские головки с любопытно раскрытыми ртами.
– Я от Артамонова.
– Проходите, – вспыхнула огнем Эльвира.
Мы прошли в комнату. Всего их в квартире две. Из большей, метров двадцати, дверь вела в меньшую, очевидно, совсем крохотную. Не успели мы сесть за покрытый плюшевой скатертью стол, как две любопытные малышки примостились рядом, явно желая поучаствовать в разговоре. Из кухни выглянула древняя бабка.
– Вирочка, – прогундосила она, – гость пришел? Ты стели кроватку-то, чистое белье в шкафу возьми.
Балчуг так и подскочила на стуле, потом, нервно закрывая дверь на кухню, пробормотала:
– Пожалуйста, не обращайте внимания. У бабули был инсульт, и она ничего теперь не соображает, чушь несет.
– Что это ты про меня глупости рассказываешь? – заколотилась из кухни сумасшедшая. – Всегда ведь гостей спать укладываешь!
Девчонки захихикали, одна начала сосредоточенно ковырять в носу, другая принялась грызть кончик карандаша.
– Катя, Таня, пошли бы вы погуляли, – решила избавиться от них Эльвира.
– Нам мама не разрешает одним во двор выходить, – немедленно хором отозвались сестры.
Балчуг вздохнула и уставилась на меня бездонными глазами.
– Я старшая сестра Артамонова.
Услышав это заявление, Эльвира моментально потащила меня в маленькую комнату и закрыла дверь на замок.
– Чего хотите?
– Не хочу, а требую оставить Андрея в покое. Какого черта вы лезете в семью? Там двое детей, между прочим.
Балчуг отбежала к окну и зашипела:
– Вот еще. К вашему сведению, семьи давно нет.
Я с сочувствием поглядела на девчонку. По виду ей не больше двадцати. Ничего, скоро поймет, что мужчины страшно не любят разводиться и жениться на любовницах. А сказку про непонятость и одинокую постель рассказывают таким дурочкам охотно.
– Мой вам совет, – начала я наставительно, – оставьте Андрея в покое. Не вашего поля ягода. Поищите другой объект, помоложе. Кстати, у Артамоновых дома полное понимание.
Злые слезы выступили на глазах Эльвиры, она топнула ногой и свистящим шепотом стала возражать:
– Ничегошеньки-то вы не знаете! Лидка – гримерша. Только и умеет щеки румянами мазать.
