Жутко хотелось найти тех, кто сделал снимки и написал этот жалкий текст, и поспособствовать тому, чтобы ни держать камеру, ни ручку они больше никогда не смогли!
Лишь появление запыхавшегося от бега Беста вывело из прострации. Лицо, с которым Мин пялился на экран телефона, не вызывало доверия у Лайта и Вара, поэтому они не решались окликнуть его или повторить беспардонный вопрос. Мин сейчас напоминал гепарда, готового к прыжку и способного разодрать любую попавшуюся на пути жертву. Так что Бест проявил настоящее бесстрашие, заговорив с ним в этот момент.
– Судя по твоему виду, ты уже прочитал.
– Прочитал, – ответил он спокойнее, чем от него ожидали. Внутри варился котел желчи и ненависти, однако Мин не собирался вываливать истинные чувства наружу в общественном месте.
– Слушай, не могу понять, с чего это ты так в последнее время заинтересовал прессу? Прежде ты не имел таланта попадать в заголовки, хотя частенько посещал разнообразные тусовки.
Ярость, как взорвавшийся гнойный нарыв, очень быстро истощила как силы, так и хорошее настроение. Остались только усталость и безразличие.
– С такой скоростью ты окончишь универ знаменитостью! Сначала новости о твоем похищении, а теперь – о каминг-ауте.
– Нет никакого каминг-аута, – больше машинально, чем оборонительно бросил Мин.
– Я в любом случае не поверил, – почти обиженно укорил его Бест. – За все годы нашей дружбы не заметил в тебе интереса в эту сторону.
Мин подавил желание грустно усмехнуться. Да, ситуация все же забавная, учитывая, что он только недавно признался себе в странных флюидах в сторону одного парня, а журналисты уже вовсю ставят на его ориентацию новый ярлык.
– Так ты не гей? – не удержался Вар.
Мин с силой сжал челюсть и, повернувшись в сторону мальчишки, язвительно прошипел:
– А что, у тебя планы на меня? Даже окажись это правдой, могу тебя расстроить – у тебя нет шансов. Наглые и назойливые дети мне не по вкусу.
– Ну конечно, потому что самое наглое и высокомерное лицо ты видишь каждый день в зеркале. И мне, вообще-то, уже девятнадцать!
Если бы в тот момент Лайт не увел Вара от них, Мин потратил бы остаток сил на драку с второкурсником. Он рухнул на ближайшую скамейку, и Бест, оставшийся с ним, утешительно похлопал его по спине.
– Забей, очередная сплетня, которая взбудоражит людей всего на несколько дней. Ее быстро забудут.
– Забудут другие, но не отец…
Как бы Мин ни презирал родителя, он все же не мог избавиться от чувства, что должен тому. Поэтому при каждой ошибке мысленно прокручивал его вероятную реакцию. Он ненавидел это, но избавиться от этого не выходило – это стало такой же его частью, как паршивый характер или обособленность.
– Это ведь не твоя вина. Тебя сфотографировали в гей-клубе.