И пытался понять: удастся ли произнести это вслух?
– Тогда родов? Хотя логично. Большинство мужчин боятся их и уж точно не рвутся принимать собственноручно.
– И не родов. Хотя это тот еще малоприятный процесс.
Лайт остановился и посмотрел ему в глаза, чего последние недели избегал делать. Эта внезапная ситуация вернула их к периоду их дружбы до поцелуя, о котором парень все это время не вспоминал.
– Я расскажу, если ты перестанешь игнорировать то, что случилось в отеле.
Мин не собирался ставить ультиматум. Но на кону стоял главный секрет его жизни, который он почему-то был готов, ну или почти готов, поведать докторишке. А тот даже не мог открыто поговорить с ним о том, что тогда между ними произошло! У всего имелась цена, и ему нужна была плата.
– Мы оба помним поцелуй. Что тебе еще надо? – возмущенно, но все же правдиво ответил Лайт.
– Хочу узнать, что ты об этом думаешь.
– У меня нет мыслей на этот счет.
– Звучит оскорбительно. Все было так плохо? Неприятно? Хотя тогда мне так не показалось.
– Будто ты все четко помнишь, – ироничность пропитала слова Лайта.
– Я помню достаточно.
– Дело не в том, что было неприятно, а в том, что неуместно.
– Неуместно потому, что я сын человека, в чьем доме ты живешь?
– Неуместно потому, что мы друзья?
– Неуместно потому, что мы оба парни?
– Потому что мне не нужны отношения! – выкрикнул Лайт, сорвавшись. – И влюбляться я больше не хочу!
Мин сглотнул осколок боли, но быстро пришел в себя.
– Тогда наши желания сходятся. Я таким тоже не занимаюсь.
– Но можно обойтись и без этого. Уверяю, большая часть человечества так и поступает. – Он приблизился к Лайту, прожигая того взглядом, который часто использовал, испытывая влечение или подобие чувств к кому-либо. Хотя с докторишкой все происходило куда страннее – сильнее и запутаннее. Внутри будто вскрылся потаенный колодец, о глубине которого он даже не подозревал.
– Почему мы вообще это обсуждаем? Тебя же привлекают девушки.
– Это так, – признался он. – Но оказалось, что не только. Кто же знал? Моя проблема вот в чем: человек, о котором я сейчас думаю больше, чем нужно – это ты. И не то чтобы меня это сильно радует.
– И я отвечу на твой вопрос, даже если на мой ты ответить не готов. – Он не дал Лайту и шанса обдумать его слова или возмутиться. – Ты знал, что моя мать ждала второго ребенка?
Лайту понадобилось время, чтобы среагировать на такую резкую смену темы. Лоб парня сморщился, а глаза недоверчиво блеснули.
– Кхун Рави́т никогда не упоминал об этом.
– И не будет. Это запретная тема в нашем доме. Ты и сам видел, как упоминания о матери каждый раз действуют на меня.
– Это нормально – не хотеть говорить о смерти родителей. Я тоже нечасто говорю о том, что случилось с отцом.