Утопичность романтической идеи о бесконечности любви разбилась вдребезги о ледник реальности, а осколки не тянуло даже подбирать. Лайт больше не хотел быть «чьим-то». Да и позволить себе этого теперь не мог. Кто захочет парня с тикающей бомбой в голове? Он не имел права обрекать кого-то на такие испытания. Ему не хватало смелости для такой беспечности.
Понадобилось время, чтобы принять новую судьбу. Жизнь, в которой каждая минута может стать последней. Лайт осознал, что может исчезнуть, так и не начав жить по-настоящему, так и не сделав ничего значительного, так и не оставив после себя след. И решил пожертвовать музыкой, чтобы все же его оставить.
Жизнь научила его отпускать людей. Когда умер отец, он прозрел: люди могут покинуть его в любой момент. Будь то смерть или миллион других обстоятельств – люди исчезают, подобно зажженным огням. И если изначально помнить об этом и не привязываться ни к кому так сильно, как к Талаю и Лилин, будет не так больно. Он не станет больше зажигать фитиль… чтобы тот не догорал. Лайт принял решение: на медицинском он нацелится на учебу и не будет особо сближаться ни с кем. Отныне он не забудет об осторожности.
Мама отговаривала его бросать музыку, но, когда он сказал, что собирается учиться дальше, но хочет поменять специальность и стать доктором, она еще колебалась какое-то время. Последние события и так порядком ее вымотали. Прим было всего шесть, и маме пришлось оставить ее у бабушки, чтобы заботиться о нем. Лайт знал, что она пытается быть сильной, однако замечал, что мама не меньше его испугана, ведь может потерять его в любой момент.
– Мам, пришло время сделать что-то важное. Я тоже получу возможность спасти кого-то, как доктор Вонграт спас меня. И кто знает, возможно, карма зачтет мои добрые дела, и я доживу до ста лет даже с этой штуковиной в голове, прежде чем перерожусь в новом теле. – Лайт говорил с улыбкой, сдерживаясь как мог, видя, как мама открыто плачет.
Она прижала его к себе и еще долго не отпускала.
– Я так люблю тебя, мой дорогой. Я не могу потерять еще и тебя.
– Я постараюсь быть с тобой как можно дольше.
Он бы хотел ответить: «Не потеряешь», но теперь не мог сдержать это обещание. Поэтому оставалось заменить его другим.
Музыка была его страстью. Не простым хобби, а тем, что Лайт любил больше всего. Поэтому он решил, что оставит частичку своей прошлой жизни в новой: присоединится к музыкальному клубу, даже поступив на врача. Он начнет свой первый студенческий год заново.
Но Лайт знал, что впредь будет один.
Талай – его первая и последняя любовью. Эти отношения измотали и заставили выбросить из головы мимолетный сладкий обман любви, которая оказалась сахарной ватой, моментально тающей во рту. За манящим сахарным облаком таилась зыбкость мгновения.