Васька не может проснуться, даже когда в избе открывается входная дверь. Он медленно привыкает к свету, словно зеркало погружается в глубокий пруд. Дыхание сестры и храп старшего брата создают непрекращающий ритм — мелодию ночи, которая заставляет Ваську снова опускаться в забытье. Копейщик — это история о том, как маленький человечек держится на грани между сном и реальностью, а его мир тесно переплетен с узорами обычной семьи....
Держи кулаки, чтоб так и оказалось, — Вася обернулся к старому гоблину, — Чачу, твой выход. Начинай представление.
Старый Чачу, как то и было обговорено заранее, вскарабкался на обзорную площадку, поднявшись в полный рост. Они решили провернуть тот же прием, что уже удался однажды с Красными собаками. Чачу засвистел и замахал руками, привлекая к себе внимание, а затем начал кричать оскорбления, топать ногами и плеваться в сторону слегка опешившего от такой наглости разведотряда. Чачу так разошелся, что начал по-шамански приплясывать, будто отгонял злых духов.
— У шамана три руки и крыло из-за плеча, — фыркнул Акима, — Ему только бубна не хватает.
Чтобы придать представлению завершенность, Вася подал рукой знак, и еще несколько десятков гоблинов влезли на самые разные возвышения, присоединившись к старому Чачу. Конные разведчики смотрели на это, качая головами. Гоблинский боевой пляс их явно не впечатлял, раздражал скорее, но именно этого Вася и хотел добиться, пусть считают гоблинов этакими недоумками, невесть что о себе возомнившими.
— Теперь точно купились, — сказал Аким убежденно.
И он оказался прав. Когда конники доложились, человек в невиданном головном уборе, недолго думая, рубанул воздух рукой и прокричал приказ к наступлению. Вася видел, как начала обволакивать войско «Змеиной петли» зеленая нифриловая взвесь. Полк готовился к атаке.
— Аким, пора, — скомандовал Вася, — Всем к орудиям. Наводчикам занять места на смотровых площадках. Расчетам стрельба по входу противника в зону поражения.
Вперед нападающего войска сразу ожидаемо вырвалась конница. С гиканьем, на ходу доставая из ножен оружие, конная сотня понеслась к воротам, разворачиваясь в цепь.
— Купились родимые, — прошептал Вася, — Думаете сейчас прямо на конях в крепость въедете. Не, ребята. Все, кончилась ваша конница.
Первые потери они понесли, не достигнув стены.
В воздух из-за крепостных стен поднялась будто плотная стая огромных сверкающих на солнце белых ворон.
