Васька не может проснуться, даже когда в избе открывается входная дверь. Он медленно привыкает к свету, словно зеркало погружается в глубокий пруд. Дыхание сестры и храп старшего брата создают непрекращающий ритм — мелодию ночи, которая заставляет Ваську снова опускаться в забытье. Копейщик — это история о том, как маленький человечек держится на грани между сном и реальностью, а его мир тесно переплетен с узорами обычной семьи....
— Признайтесь, царь, — Верес обратился к Фарадору, — Вы ведь до сих пор полагаете, что компания оказывает вам поддержку только лишь в обмен на ваше согласие открыть для нее рынки сбыта?
— А разве могут у торговца быть иные интересы, кроме самой торговли? — переспросил воловий царь с некоторым недоумением.
— Видите ли какая штука, — начал пояснять князь, — В том, чтобы открывать для сбыта именно северные земли косметическая компания не слишком-то была заинтересована. Ведь в этом случае рынки северных стран в равной степени открывались и для ее главного конкурента — Зерновой Компании.
— Я этого не знаю, — проворчал Фарадор, — Я не торговец.
— Полагаю на этом они и сыграли, воспользовались вашим неведением в этой области, — Верес продолжил, обращаясь уже ко всем присутствующим, — Однако, как бы не тешил свое самолюбие царь Фарадор, и он, да и все мы для Косметической компании всего лишь мелкие правители захолустных малообжитых земель.
— Но вы же сами сказали, князь, что захватить нифриловую башню невозможно.
— Это и застило мне взгляд, — согласился князь, — Пока я не взглянул на дело шире.
— Вам пришлось бы как-то договариваться с Фарадором.
— Увы, не с Фарадором, — князь покачал головой, — А с косметической компанией. И это при условии, что компания сама захотела бы со мной договариваться.
Все обернулись на воловьего царя."
"— Леший забери, — Фарадор недовольно скривился, — А я все никак не мог понять, почему эти «косметичники» так настаивали на захвате этих развалин.
