Путешествие через заброшенный особняк при подземном копиистском цехе приводит главного героя в невероятное ожидание – мир, где слова ценятся дороже жизни. Вокруг скрываются тени и слухи, но лишь немногим доведется увидеть истинную природу этого искусства.
Но если хотите, могу задержаться, чтобы уважить вас, но буду вынужден сообщить, из-за кого мне пришлось это сделать, думаю, господам министрам будет это очень интересно.
– Нет-нет, его светлость премьер-министра лучше не заставлять ждать.
– Вот и я так думаю.
Лепрекон спешным шагом направился к одной из шести самобеглых колясок, которые я рассмотрел на улице, а я медленно покатил к выезду из города. Быстро передвигаться не позволяла толпа зевак. Правда, она быстро рассасывалась, люди бросались к свободным пролёткам или каретам.
Так бурча я доехал до ворот и, предъявив разрешение покидать город, мгновенно развил большую скорость и погнал к стоянке авиатехники. По городу за мной следовали с пяток пролёток да с два десятка всадников, но тут я от них оторвался, что произвело впечатление. Догнать меня, несмотря на все попытки, никому не удалось. Правда, пришлось обходить по обочине торговый караван, шедший со стороны ущелья.
Когда я подъехал к месту, где оставил технику и охрану, то обнаружил, что и тут зеваки появились, солдаты не подпускали с десяток крестьян из ближайшей деревни к самолёту, так что те стояли чуть в стороне. Заглушив мотор байка, я, снимая шлем, услышал вопрос сержанта:
– Почему так долго?"
"– Да зеваки на машину сбежались посмотреть, еле прорвался.
– Хорошо.
Оставив шлем висеть на ручке мотоцикла, я прошёл к самолёту и стал подготавливать его к вылету.
