В "Копья и пулеметах" из рук автора выплескивается живой портрет истории как непрерывной, но часто разрывчивой реальности. Тут не только мятежи и войны, но и их огромные следы в судьбах обычных людей. Атмосфера книги — это дрожание между событиями далеким прошлым и настоящим, когда каждая мысль может стать предвестником исторического переворота....
Не получив ответа, арестовал всех англичан, вообще всех европейцев, какие нашлись в Абиссинии, и посадил под замок в горную крепость Магдала. А потом отправил туда же английскую дипломатическую миссию, прибывшую вызволять узников. Называя вещи своими именами, феодальный царек чудил (Абиссиния тогда пребывала в натуральнейшем феодализме). Нужно сказать, что обращение с заключенными было вполне сносное – как-никак эфиопы были христианами, принявшими крещение на несколько столетий раньше Руси и европейских государств.
Королева Виктория отправила негусу письмо с просьбой освободить пленников. На сей раз промолчал негус, и англичане стали готовить военную экспедицию."
"Командование почему-то поручили не кому-то из военачальников, а генерал-лейтенанту сэру Роберту Нейпиру, талантливому военному инженеру. Он к тому времени был знаменит тем, что изрядно перестроил город Лакнау, сделав его максимально удобным для быстрого перемещения войск, а железнодорожный вокзал возвел в виде самой настоящей крепости.
Через несколько месяцев из Бомбея отплыл в Африку сильный экспедиционный корпус: 13 000 английских солдат-сипаев, 26 000 рабочих (в основном китайских кули), сильная артиллерия. Разнообразного скота англичане везли несметное количество – и для перевозки грузов и пушек, и в качестве живого провианта. Зоопарк был тот еще: 13 000 мулов и пони и столько же овец, 7000 верблюдов и столько же бычков, 1000 ослов и даже 44 слона.
Узнав о высадке англичан, негус ничуть не встревожился: от морского побережья Магдалу отделяло четыреста миль безлюдной гористой местности без единого деревца и речушки, и Теодрос считал, что ни одна армия мира не сможет преодолеть эти места, отличавшиеся, как сказали бы мы сегодня, от лунной поверхности только наличием кислорода.
Плохо он знал упрямство британцев… Нейпир (кстати, прихвативший с собой даже сборную гавань с маяком) шел, не собираясь поворачивать назад.
Достигнув Магдалы (где пребывал и сам негус), Нейпир пошел на штурм. Счет получился разгромный: у абиссинцев – тысяча двести раненых и около семисот убитых, у англичан – двадцать раненых и ни одного убитого. Не вынеся такого позора, негус застрелился.
