По тихоньку чтобы не греметь цепью спустил ее до самого пола храма и подергав импровизированную лестницу начал спуск. До пола оставалось где- то метра четыре, когда вдруг цепочка со звуком дзинь порвалась и я спиной полетел вниз, судорожно взмахивая руками. Успел только сгруппироваться и немного прижал голову к подбородку, чтобы ее не разбить. Все таки я не слабо приложился головой. От удара воздух выбило из легких и свет померк в глазах.*
**************************************************************************************************** Начал приходить в себя от гула голосов и ручейка воды,льющейся мне на лицо. Да что то частенько в последнее время бьюсь головой и теряю сознание. Первое, что увидел открыв глаза, вернее не что а кого, это довольно симпатичная мордашка юной девушки. Это она протирала мне лицо и лила сверху воду. Немного в стороне в центре хижины, вокруг очага, сложенного из камней, горел небольшой костер. Вокруг импровизированного очага на циновках, подогнув колени сидели монахи в оранжевых балахонах и что-то горячо обсуждали. Вот от этого гула, издающего монахами я и очнулся.
- Воды! - просипел я, в первую очередь, потрескавшимися губами и умоляющими глазами показал ей на кувшин с водой. По моей мимике девушка поняла, что я от нее хочу и наклонив кувшин тоненькой струйкой стала лить мне воду в рот. Давясь и кашляя все никак не мог напиться этой живительной влагой.Посмотрел на себя, на мне тоже был надет застиранный оранжевый балахон.
-Порихит теза ма? Илвин хорет во? - пропел вопросительно колокольчик девицы.
- Ничего не понял! Где я ? Кто вы?- задал вопросы, сидящей рядом девушке.
-Дали риу ми? - снова зазвенел колокольчик.
- Не понимаю - отрицательно покачал головой.
Потом увидел, что ко мне,встав на ноги подходят монахи в оранжевых балахонах.
Затем один из них,вероятно самый старший, знаками показал девушке, чтобы отошла
от мужчины, лежащего на грубом деревянном лежаке. Они, согласно непонятно какого
ритуала образовали два круга, в малый круг ближе ко мне подсели старые и пожилые
монахи, дальний круг состоял из молодой безусой молодежи. Все они уселись вокруг меня в позу лотоса и запели какую-то однотонную мелодию, перемежаемую звоном
колокольчиков. Старший монах подошел ко мне и положил на лоб серебрянный кругляш сантиметров пять в диаметре, с двух сторон которого были прикреплены мягкие широкие ленты с застежкой. Монах обвил эти ленты вокруг моей головы и защелкнул
их на затылке. Вдруг мою голову начала обхватывать теплота, обвившихся ленточек и
мне показалось, что меня обняло что-то доброе и ласковое, и я стал постепенно
засыпать, проваливаясь в небытие.
Пришел в себя опять от льющейся воды сверху. Открыв глаза, снова увидел миловидное лицо молодой девушки.