В эпицентре землетрясения – жилой микрорайон Новый Ингершам, где жизнь не спит ночью. Многие отдыхают и веселятся до утра в кафе и клубах. Но когда сила земных тectsций сотрясает городок, мирные дни приходят к концу.
По воде звуки далеко разносятся…
– Может, это все же гром?
– Нет, тут что-то другое, – задумчиво произнес Варуж. – Впервые я это услышал, когда землю трясло. И сегодня ночью то же самое было.
– Не знаю, что и сказать, – пожал плечами Баграт, следя за носящимся по пляжу Вулканом.
Несколько небольших катеров выбросило на берег. Хорошо, что их держали прочные канаты, иначе лодки унесло бы в открытое море, такое случалось не раз: нерадивые владельцы плохо закрепляли канаты, а потом искали свои катера по всему побережью.
Черно-серые волны еще кипели, но уже не так сильно, как несколько часов назад, зато появился густой сизый туман, низко висящий над водой, что выглядело несколько странно. Плотную серую дымку не мог разогнать даже ветер.
Огромное, серое, – словно дымное – облако скользило по беспокойной воде, медленно приближаясь к берегу, а в его центре, казалось, находилось нечто очень большое.
– Туманище… – протянул Варуж. – А я еще собирался сплавать, сети проверить. Густой такой… Ты видел когда-нибудь что-то подобное?
– Никогда, сколько тут живу, – признался Баграт.
– Вот и я думаю…
Оба с тревогой смотрели на размытые очертания, все четче проступающие в самом центре сизого облака. На шее Варужа висел большой черный бинокль. Подняв его к глазам, он покрутил настройку резкости, но все равно, кроме огромной тени, ничего не разглядел. Тень приближалась беззвучно, медленно вырастая из тумана. Вулкан, до этого весело бегавший по пляжу, вдруг замер, глядя на серое облако, затем поджал хвост и, тихонько поскуливая, подбежал к Баграту.
– Что с тобой, Вулканчик? – ласково спросил Баграт. – Трясешься весь…
Пес прижался к его ногам, продолжая скулить. Внезапно обоих рыбаков охватил липкий ледяной страх, причину которого они не могли понять. По спине Баграта пробежал холодок. Как будто с моря приближалось нечто ужасное, неимоверно древнее и темное, отравляющее саму атмосферу вокруг себя.
И тут наконец из тумана проступил корабль. Он был огромен. Высоченные черные мачты скрипели на ветру, с них свисали темные клочья, бывшие когда-то парусами, стали видны очертания высоких деревянных бортов. Покачиваясь на волнах, корабль постепенно приближался к пустынному берегу, двигаясь не ровно, а как-то наискосок.
Баграт попросил у Варужа бинокль, поднес его к глазам.
