В корабле призраков идет речь о пиратском купце, чей судно стало объектом теневых интересов после серии необычных удастся. Опасные морские путешествия сопровождаются загадочными явлениями, предвещаемыми непривычной атмосферой и странными знаками судна, словно ожившим мертвецом в беседке трюма....
Самая обычная астения, пора бы уже к этому привыкнуть… Иначе как объяснить то, что мне хочется спать в самые экстремальные моменты.
Телефон был настойчив, он звонил и звонил.
Поднявшись с кресла и на ходу разминая затекшие мышцы, я подошла к нему.
– Да, слушаю.
– Привет! – Это был не Антон, а Муха.
– Ты с ума сошел! Который час?
– Скоро три. – Голос Мухи плыл в трубке, очевидно, он здорово набрался за последние несколько часов.
– Господи, нашел время для звонков.
– Для звонков всегда есть время… А ты, я смотрю, дрыхнешь, и ничто тебя не волнует.
– Я не спала предыдущую ночь.
– Никто не спал в предыдущую ночь. Я и сейчас заснуть не могу. Уже столько в себя коньяка влил…
– Это заметно.
– Бутылки две, не меньше. Не берет, зараза.
– Ты вообще где, Муха? – Глупый вопрос, ведь телефон стоит в кают-компании.
– Где обычно, у стойки бара.
– А почему не идешь к себе в каюту?
– Временно перебрался сюда. Боб как-то перестал меня устраивать. Слишком пресный… – Я не сразу поняла, что он говорит о своем холеном любовнике Борисе Ивановиче.
– Решил окончательно переключиться на швейцарского подкаблучника?
– Нет, не греет… Тем более что после того, как вы увидели нас в пикантной ситуации, он меня просто возненавидел. Еще и убьет под сурдинку, раз уж всех здесь убивают. А одно лишнее убийство вполне может прокатить. Ты как думаешь? По-моему, это выглядит вполне изысканно. – Все-таки он сильно опьянел, иначе не стал бы говорить об убийстве таким развязным тоном.
– Тогда закройся на все замки.
– Более чем реальный. Слыхала его выкладки в кают-компании? Прямо комиссар Мегрэ, мать его, но до чего хорош! Ты как думаешь?
– Не знаю. Лучше тебе проконсультироваться у Аники.
– Он меня к ней на пушечный выстрел не подпускает. Думает, что начну его шантажировать, бедняжка. Вот и приходится закрываться.
– Но попасть-то к тебе можно, или все эти благословенные декалитры останутся недосягаемыми для широкой общественности?
– Конечно.
– Нет уж, Муха, лучше дождаться утра.
– А что? – Идея с моим визитом неожиданно взволновала Муху, слышно было, что ему опостылело одиночество.
– Нет.
– Серьезно, Ева.
– Утром. – Тащиться к Мухе через несколько палуб было выше моих сил. – Тем более что я стою здесь на вахте.
– Да брось ты! На вахте она стоит! Я до тебя десять минут дозвониться не мог.
