В корабле призраков идет речь о пиратском купце, чей судно стало объектом теневых интересов после серии необычных удастся. Опасные морские путешествия сопровождаются загадочными явлениями, предвещаемыми непривычной атмосферой и странными знаками судна, словно ожившим мертвецом в беседке трюма....
Когда за ним закрылась дверь, Макс сказал:
– Придется объявить мораторий на выпивку. Сухой закон. Все согласны?
– Без спиртного мы все здесь загнемся. С ума сойдем. – Филя поежился, глядя вслед Вадику.
– Мы и так здесь загнемся. – Подбородок хоккеиста Вити Мещерякова дрогнул. – Нет никакого выхода…
– Надо держать себя в руках. – Макс смягчился и сбавил обороты. – Ничего другого нам не остается.
– Ага, – поддержал его Мещеряков. – Держать себя в руках и ждать, пока нас здесь перережут, как кур…
Слушать это становилось все тяжелее.
– Ты куда? – Антон догнал меня, когда я уже вышла в коридор.
– Не волнуйся… Я пойду проведать Карпика. Представляю, как ей сейчас тяжело.
– Я с тобой…
– Не говори глупостей. – Я понимала, почему он не хочет отпускать меня. – Сейчас день, не самое лучшее время для преступлений… Не думаю, чтобы Карпик была бы счастлива тебя видеть. Все в порядке, милый.
– Я провожу тебя…
– Оставайся…
– Обещай, что будешь осторожна.
– Не сходи с ума.
– Уже сошел, разве я тебе не говорил? Я схожу с ума по тебе…
– Предупреждаю, мне не нужен сумасшедший…
– А кто тебе нужен?
– Ты.
* * *…Я постучала в каюту Сокольниковых, и Карпик открыла сразу, как будто стояла под дверью и ждала кого-то.
– Можно войти? – спросила я.
– Конечно. – Карпик распахнула дверь и приложила палец к губам. – Только тихонько, папа спит.
– Хорошо.
Я вошла в чисто прибранную каюту Сокольниковых – какой контраст с моей собственной, загаженной Вадиком до невозможности! Сокольников спал, заботливо прикрытый одеялом.
– Он красивый, правда, Ева?
– Конечно, Карпик!
– Он тебе нравится?
– Да. – Я сказала это немного неуверенно. – Очень. Он славный… Ты должна помочь ему пережить это горе…
– Горе? – Карпик надула нижнюю губу.
– Смерть Клио, – уточнила я, проклиная себя за напоминание о ней.
– Он это быстро переживет.
– Откуда ты знаешь?
– Я знаю… Он всегда так: бешеные романы, неделями из кровати не вылезает. – Карпик рассуждала, как взрослая женщина, но чего еще ожидать от девочки, которая десять лет живет только с отцом. Не очень-то он ее щадил, судя по всему…
– Это его жизнь, Карпик. Не нужно его осуждать. Мужчины вообще не похожи на женщин…
– Да, я знаю, мы проходили по биологии, – улыбнулась Карпик.
– Я не это имела в виду. – Я смутилась.
– Я тоже.
