В корабле призраков идет речь о пиратском купце, чей судно стало объектом теневых интересов после серии необычных удастся. Опасные морские путешествия сопровождаются загадочными явлениями, предвещаемыми непривычной атмосферой и странными знаками судна, словно ожившим мертвецом в беседке трюма....
– Оставаться здесь – это путь в никуда.
– Вы не дойдете…
– Куда-нибудь да дойду. Хотя бы до своего конца. Но это будет мой собственный конец. Потому что я сам его выбрал… Я сам.
– Я … Я не знаю, как помешать вам.
– Никак Я все решил. Может быть, – глаза его на минуту загорелись и тотчас же погасли. – вы пойдете вместе со мной? Вы все?
– Нет. – Я в отчаянии сжала руки Мещерякова.
– Так и будете ждать? Так и будете ждать, пока уйдете по одному?
– Идти даже без палатки.
– У меня есть брезент. Прощайте, Ева. Все так здорово начиналось…
– Прощайте, “московская торпеда”…
– Уже нет.
– Подождите! Подождите… Витя, подожди меня… – На палубу выскочила Карпик. Она была в плюшевой шубке, с шарфиком, накинутым на голову.
С разбегу она ткнулась в полушубок Мещерякова – полушубок отдал ему Антон. Мещеряков крепко обхватил Карпика, а потом нагнулся и поцеловал ее в щеку.
– До свидания, Карпик. Ты очень хорошая девочка. Было очень приятно с тобой познакомиться…
– Зачем ты уходишь?! Ты просто на тюленей?
– Да, – соврал Мещеряков.
– Ты врешь. – Карпик уличила хоккеиста и рассмеялась. – На тюленей не ходят без ружей.
– Ты же знаешь, у нас нет ружей.
– Да. – Карпик нахмурилась – Ты уходишь насовсем?
– Не знаю. Наверное, насовсем. Пойду искать помощи. Может быть, мне удастся.
– Но Макс… Макс говорит, что отсюда невозможно выбраться.
– Я проверю. Не всегда можно доверять Максу, Карпик. Он не истина в последней инстанции.
– Не всегда можно, но всегда нужно, – заступилась Карпик за своего обожаемого Макса.
– Нет. Я уже решил.
– А… А если я пообещаю, что с тобой ничего не случится? Тогда ты останешься?
– Нет.
– Я правда обещаю тебе.
– Нет, Карпик. До свидания.
Мещеряков еще раз поцеловал Карпика в щеку, почтительно приложился к моей руке и пошел к боту. Когда он сел в него, Макс привел в движение портальные лебедки, и бот плавно опустился на чистую воду.
Теперь, с борта, фанц-бот казался совсем игрушечным.
"Мы стояли у борта и провожали глазами “московскую торпеду”, восходящую звезду НХЛ, центрфорварда Витю Мещерякова. Единственного человека, который посмел бросить вызов кораблю. Лодка все еще стояла в наших глазах, хотя давно уже должна была скрыться. Она не приближалась и не удалялась, и это подтверждало все то, о чем нам так настойчиво пытались сообщить.
