Автор
Алина Севастьянова оказывается втянутой в игру с властным Захаром после того, как ей предлагают выполнить наказание за проступок. Неожиданная встреча наполняется напряжением и ощущением опасности, когда ставки растут до космических долгов.
Интерес у нее должен быть один!
Что касается чувств, у меня есть к Алине что-то, чему я не могу найти определение, так как никогда и никого не любил. Конечно же, я говорил и ей, и многим другим девушкам заветные три слова, чтобы получить желаемое, но мало когда вкладывал в произнесенную фразу смысл.
— А мне кажется, что ты влюбился, сын, отсюда такая одержимость. Посмотри на себя, вы расстались не вчера, прошло достаточно времени, чтобы угомониться, а ты все больше раскручиваешь ситуацию, совершая один поступок глупее другого, — делится мнением Федор Сергеевич.
— И что же глупо? Я помогаю ее семье, кто виноват, что Мирон зависимый и повернутый на играх придурок? Да он мать родную продаст за пару ставок, так что это не ко мне претензии, а к родному братишке.
— Снять с себя вину проще всего, однако, ты бы мог просто предложить сумму помощи, не подкладывая Алину под чужого мужчину, самому захочется ее в физическом плане после сексуальных утех с посторонним? — с брезгливостью произносит отец.
— Папа, ты же говорил, девушка должна быть раскована в постели и умела, нет? Выбирай, мол, сынок, опытных, а тут уже другое мне втираешь. Быстро ты переобулся.
— Не втираешь, а говоришь, за речью следи, быдлота. Опытная любовница и женщина, которую лично уложил под другого человека — принципиально разные истории. Странно, что разницы ты не видишь. Властный достаточно серьезный мужчина, к тому же не обделен внешностью и харизмой, не боишься, что ей понравится то, что у них происходит? — задает мне вопрос, от которого я напрягаюсь.
— Ему то зачем эта идиотка нужна? Поиграется, повертит, протестирует пару своих штучек и выбросит как ненужную вещь, а..
— А ты, распростерши объятия ее встретишь? — перебивает отец. — Не попадись в собственную ловушку, Тимур. Женщины устроены иначе, Алина не простит тебе никогда твоего поступка. Мало того что ты избивал девчонку, так теперь еще и продал для сексуальных утех, неужели ты веришь, что это сойдет с рук? На твоем месте я бы не ждал в такой ситуации благодарности, слишком уж все это плохо пахнет.
— Не драматизируй, я не собираюсь ей ничего рассказывать, я что, дурак? — прыскаю смешком от абсурдности предположения.
— Все тайное, как знаешь, милый, рано или поздно становится явным. Не скажешь ты, может взболтнуть что-то Властный, а еще лучше, ее мать, — продолжает давить отец.
— Властный должен тебе, не посмеет.
